Он оббежал весь дом и выскочил на улицу. Но увидел только двух подростков, недоуменно глянувших в его сторону и ускоривших шаг. Но Зед не мог их просто так отпустить. Он подбежал к ним и спросил, не видели ли они девушку маленького роста, с длинными черными волосами. Но они отрицательно помотали головой и поспешили уйти. Зед звал ее снова и снова, пока бежал вдоль улицы. Но встречал только случайных прохожих или возможно жителей расположенных неподалеку домов. И никто не видел девушку похожую на Эмму. Зед вернулся к дому, понимая, что надо успокоиться и действовать более методично. Прошло довольно много времени, и Эмма могла уйти достаточно далеко. Он хотел зайти и взять ключи от машины, проклиная ту минуту, когда выплеснул свою злость на Эмму. Ему было страшно представить, что может с ней случится, если он ее не найдет. Замерзнуть в такой холод будет для нее не самым страшным, хоть она и не надела куртку, Зед краем сознания помнил, что та так и висит на вешалке у выхода. А вот опасность попасть в руки к Дориану… Зед вбежал по ступенькам крыльца и замер. Потом медленно повернул голову и уставился на увязший наполовину в грязи шерстяной носок.
Не веря, он спрыгнул на землю, перемахнул через невысокие перила и приблизился к носку. Мельком, но с каким-то беспокойством подумал о том, что Эмма босая. А потом проследил довольно заметную череду маленьких следов, сворачивающих за угол дома. Зед шел как в страшном сне. Он хотел бы идти быстрее, но получалось слишком медленно. Настолько медленно, что он смог рассмотреть каждый след. Один сплошной, другой с явно проступающими пальчиками. Он сглотнул и повернул за угол. А потом с облегчением выдохнул. Не все еще было в порядке, он понятия не имел в каком состоянии Эмма. Но он ее нашел.
Сделав еще пару шагов, он опустился напротив нее на корточки, давая себе пару минут, чтобы восстановить дыхание. А потом внимательнее присмотрелся к Эмме. Она сидела, прижав колени к груди, прямо на мокрой земле, с пожухлой травой. Ее волосы были уже немного влажными, хоть дождя и не было. А ее била мелкая дрожь, что не удивительно, учитывая холодный ветер и то, сколько она так посидела. Да к тому же Эмма была лишь в тонком свитере и лишь в одном носке. Но как оказалось, не это было главным. Стоило Зеду протянуть руку и коснуться плеча Эмма, как она в ужасе отпрянула, попытавшись сильнее вжаться в стену. От страха в ее глазах Зед остолбенел. Она никогда на него так не смотрела.
— Эмма. Это я, – попытался он ее успокоить. – Пойдем домой. Тут холодно.
Это не помогло. Эмма только сильнее вжималась в доски за ее спиной, а на него она смотрела обезумевшими глазами.
— Эмма, пойдем. Ты должна пойти со мной. Все хорошо. Я не обижу тебя.
Но она не спешила ему верить. Он думал, что Эмма не сразу его узнала, но ошибался. Не было в ее взгляде неузнавания. Она понимала, кто перед ней и все равно была напугана. Зед вспомнил ее лицо, когда он велел ей уйти. Непривычно сжало за грудиной.
— Эмма, – наплевав на все, он встал перед ней на колени. – Я не… Не должен был кричать на тебя. Слышишь? Не бойся. Просто пойдем в дом, и там я тебе все объясню. Тут не безопасно и холодно, а ты раздета. Эмма… Только не бойся. Я не причиню тебе вреда. Ну? Ты понимаешь? Все будет хорошо, только позволь увести тебя в дом.
Она его понимала, он видел. И, кажется, немного расслабилась. Но не спешила брать его за протянутую руку. Тогда он медленно приблизил свои пальцы к ее лицу и осторожно коснулся маленькой застывшей капельки крови на ее подбородке. Как мог стер этот след ее страха. Погладил по щеке.
Он не мог больше позволить ей сидеть на холодной земле, к тому же снова начинался проклятый дождь. Зед, стараясь не делать резких движений, взял Эмму за плечи и притянул к себе. Она ему позволила, но сама оставалась безучастной. Это причинило какую-то незнакомую боль и тревогу. Еще совсем недавно ее реакция была бы другой. Она давно бы уже вцепилась в него мертвой хваткой, как делала раньше, каждый раз удивляя этим Зеда. Как сделала в ту страшную ночь у Дориана, умоляя ее спасти. Как в доме на озере, когда он привел Дейва. И когда он собирался уехать без нее в город. И еще много раз, когда испугавшись, и чувствуя растерянность, она искала защиты и успокоения в его руках. Но не теперь. А Зед понял, что прямо сейчас желает, чтобы она поступила как раньше. Чтобы прижалась к нему, в поисках тепла и защиты. Но она застыла как не живая, теперь точно так же как и Зед, стоя на коленях и позволяла себя обнимать.
— Эмма, – прохрипел Зед, судорожно прижавшись губами к ее виску. – Эмма.