Она узнала этот взгляд. Она так хорошо его изучила.
Это был взгляд Зедекиа Сандерса.
Иногда она видела отголоски подобного взгляда и в зеркале, когда смотрела на себя.
― Я хочу, чтобы она нашлась, ― тихо сказала Эмма.
Рон долго смотрел на Эмму. Она не знала почему. Но и сама не могла отвести взгляд. А потом мужчина захлопнул крышку ноутбука, быстро поднялся и вышел.
А Эмма снова и снова звала мысленно Зеда. Просто потому что он всегда прогонял ее страх.
22 глава
Несмотря на каждодневные заверения Рона, что он не причинит ей вреда, Эмма снова съежилась от страха, стоило мужчине подойти, чтобы развязать веревки. Это процедуру она проходила по два раза в день. Утром он отвязывал ее, вел в туалет, приносил воду, чтобы она освежилась. Кормил незамысловатым завтраком, чаще сделанными едва ли не на коленях, бутербродами. Потом снова привязывал и исчезал на несколько часов, возвращаясь часам к трем. Все повторялось, за исключением того, что на этот раз он кормил ее едой из какой- то забегаловки. Оставался до заката. А потом уезжал на всю ночь, не забывая про веревки для Эммы, оставляя ее наедине с кошмарами и невозможностью спрятаться. Но Эмма пыталась каждую ночь.
Эта не стала исключением.
― те шрамы не от веревок, ведь так? - грубовато спросил Рон, кивнув на запястье Эммы, где под свежими ссадинами видны были шрамы, которые едва зарубцевались.
Эмма сглотнула, перестав заплетать волосы. Она с силой сжала недоплетенную косу и отвела взгляд от мужчины.
― Нет. Не от веревок, - она опустила руки и попыталась натянуть рукава кофты ниже.
― Ты хотела умереть? – спросил Рон, и по его голосу можно было решить, что ему вовсе не интересно. Но Эмма увидела напряжение в его взгляде, которое уже подмечала и ранее.
Эмма не хотела отвечать. Но еще больше она не хотела снова остаться одна, и сходить с ума в полной тишине. Она кивнула, сама не понимая, отчего было так трудно произнести простое «да».
― У тебя не получилось?
― Не потому что я остановилась, - тихо прошептала она, горло перехватило.
Она подумала о том, что могла умереть еще тогда. И все было бы кончено. Эта мысль все еще была привлекательной. Эмма поняла, что когда была с Зедом, то больше не думала о самоубийстве. Больше ни разу она не хотела что-то сделать с собой, несмотря на кошмары и постоянный страх быть пойманной. Но сейчас, сжимаясь в комочек в углу кровати, под пристальным взглядом человека, похитившим ее, она снова задумалась о том, что было бы лучше умереть. И не только ей это принесло бы облегчение. Для Зеда так было бы тоже проще.
― Что тогда? – не унимался Рон. - Что случилось?
― Зед...
Голос ее надломился и она зажмурилась. Боже! Как она хотела к нему. В его спасительные объятия. Его тяжелый проникающий взгляд помог бы ей. Его сильные руки спасли бы ее от кошмаров.
Рон вдруг засмеялся. Громко, и кажется даже без злости. Протянул ей пакет с завтраком. Сам же уселся на перевернутый ящик, открывая банку с газировкой.
― Ну, конечно! – насмешливо произнес он, отпив глоток. - Чертов герой Сандерс. Вот почему я выбрал его. Таких дураков я редко встречал. Я мог бы предложить ему столько денег, сколько он в жизни не видел. Но это его мало волнует, никогда не волновало. За молчание ему предлагали не мало. И что? Никакими деньгами его нельзя было остановить от поиска справедливости. Но вот скажи ему, что кто-то в беде и он ринется грудью прикрывать беднягу. Ты обуза для него, крохотная заноза в заднице. Ты же понимаешь, да? Не будь тебя, он давно бы добрался до Дориана и пристрелил бы его. И насрать бы ему было, что он тоже бы живым не ушел. Но есть ты и он должен защищать тебя. А теперь и искать мою дочь, потому что ты не можешь вернуться к отцу, а теперь еще у меня в плену, о чем ему вскоре станет известно. И он жизни не пожалеет, чтобы спасти тебя. Да и мою Кармен тоже. Мне всякий раз хочется всадить ему пулю в лоб, за то, что он такой… Черт! Все еще благородный, честный полицейский. Маркус Дориан прав, это что-то противоестественное. Невозможно оставаться таким, после всего, невозможно, черт бы его побрал! Я вот не смог. Мне плевать на правду и справедливость. На тебя тоже. Если бы тебя пристрелили тогда или затрахали до смерти, я спокойно вырыл бы для тебя яму и закопал!