А потом он оторвался на секунду, посмотрел ей в глаза и снова принялся целовать. Только теперь не ограничился губами, он целовал ее щеки, ее скулы, заставлял ее зажмуриться, целуя ее веки. А она рыдала. Не проливая ни одной слезинки. Внутри рыдала, отчего было больно в груди. От того, что оживала. Потому что захотела жить. Не так как раньше. Не так как сейчас. А так как могла бы только с ним.
25 глава
От напряжения болело все тело. Нужно было оставаться спокойным, чтобы не испугать Эмму больше, чем уже есть. Но ни о каком спокойствии не могло быть и речи. Она жалась к нему, вцепившись пальцами в рукав футболки, и не позволяла отступить ни на шаг. То смотрела на него своими глазищами, то прятала лицо на его плече. А он мог лишь гладить ее по спутанным черным волосам и обнимать.
Он подумал, что стоило бы затащить Рона в хижину, потому что ему вряд ли комфортно под палящим мексиканским солнцем. Но осмотрев убогий дом, где он держал Эмму, решил, что пусть пожарится еще немного. А еще он должен был позаботиться об Эмме. Преодолевая ее сопротивление, он все же отстранился, удерживая Эмму за плечи.
― Ты в порядке? У тебя ничего не болит? – мягко спросил он, уже заметив ранее, что ее губы снова искусаны.
― Не болит.
― Он что-то… Рон причинил тебе вред? – голос его надломился, и Зед сильнее сжал руки, но тут же ослабил хватку, боясь причинить девушке боль. ― Рон обижал тебя?
― Я испугалась.
― Я знаю, Эмма. Но он навредил тебе или…
― Нет, нет. Он привез меня сюда. Приносил еду и воду, – она опустила голову, и Зед почувствовал, как напряглось все ее тело. ― Ты… Там, на улице… Он… Ты его…
―Эмма? Ты спрашиваешь, не убил ли я его? ― она вновь посмотрела на него, со смятением во взгляде и кивнула. ― Нет. Живой. Я надел на него наручники.
― Он хочет найти дочь, - тихо сказала она. ― Рон сказал, что ты – его последняя надежда. Он сказал, что только тебе может доверять в этом.
― Доверять? Он похитил тебя. Как гарантию. Это, по-твоему, доверие? Я уехал искать его дочь, я все делал для того, чтобы ее найти. Я оставил тебя одну, ради этого. И что я получил? Условия и требования. Чертовски плохой способ мне доверять. Он должен хорошо постараться, выискивая новые пути сотрудничества, потому что так, как есть сейчас, никуда не годится.
― Он согласится на все. Я знаю. Точно знаю. Мы должны ее найти. Даже если без него. Должны.
― Эмма…
― Она не должна там оставаться. А если она одна? Если в темноте. Если они ее…
Зед быстро притянул Эмму к себе, испугавшись ее дрожи и безумного взгляда. Он понял, о чем она говорила. Он знал, что могло произойти с Кармен и другими девушками в том месте. Но он не хотел, чтобы Эмма думала об этом. Сколько еще она сможет выдержать этого кошмара.
― Не надо, - сказал он. ― Не надо думать об этом. Мы все решим. Так или иначе. Если есть хоть один шанс спасти тех девушек, я это сделаю. Но моя главная забота – это ты.
Эмма судорожно вздохнула, он подумал, что испугал ее, но она посмотрела на него так доверчиво. Подняла руку и заставила Зеда замереть тем, что легко провела ноготками по его отросшей бороде. Прикосновение было таким легким, а ему показалось, что он почувствовал каждый ее пальчик, всеми нервными окончаниями. Жар шаром прокатился вниз по позвоночнику и оставил чувство потребности и голода. Он никогда такого не испытывал. Он знал страсть, вожделение. Но то, что он испытал в этот момент, было ново для него. Он испытал потребность не столько в плоти, сколько в узнавании. Он захотел узнать ее прикосновения. Вот такие вот робкие и едва ощутимые. И смелые. И страстные. Игривые. Он захотел ее с такой силой, что сам испугался. Захотел с отчаянной горечью, с надеждой. В нем росла потребность прикоснуться к ней. Узнать ее.
― Ты красивый, - сказала она, и разбила его вдребезги.
Потому что Зед увидел девчонку. Молодую, доверчивую, романтичную. Ее сломали, почти уничтожили, а она стояла перед ним сейчас и позволяла себя обнимать. Он вдруг понял, что она не жмется сейчас к нему из-за страха, как было с первого дня. Она так близко, в его руках, потому что хочет этого сама.
― Я увезу тебя отсюда, - вдруг произнес он, проведя большим пальцем по губам Эммы. ― Не сейчас. Когда все закончится. Я разверну перед тобой карту, и ты выберешь место. Там, где пожелаешь. У тебя есть такое? Город? Страна? Континент? Куда бы ты хотела отправиться. Есть? – Эмма кивнула. ― Хорошо. Вот и хорошо. Мы отправимся туда. Ты и я. Никто не обидит тебя. Никто тебя больше пальцем не тронет. Даже я, пока ты сама не захочешь. Обещаю. Я дам тебе безопасность. У тебя будут цветы. Я буду работать как проклятый, чтобы у тебя было все. Ты будешь читать, гулять, если мы поедем к морю, ты станешь купаться и загорать. Я буду смотреть на тебя. Я хочу видеть, как ты живешь без страха. Как ты улыбаешься. Хочу смотреть на это и знать, что вот поэтому живу и Я.