Спустя какое-то время Рон привел Кармен в хижину, и она стала возмущаться этой «помойкой». Но отец просто оставил ее и вышел.
— Я буду снаружи. Не вздумай делать глупости, Кар. Я предупредил.
Девушка уселась на ящики и сердито насупилась. Эмма, только теперь, смогла рассмотреть какая красивая она была. Несмотря на растрепанные волосы, и порванное платье Кармен была красоткой. Яркой и в тоже время с нежными чертами лица. Эмма была слишком растеряна и напугана, чтобы попытаться заговорить с ней. А девушка явно не горела желанием с кем-то говорить. Так и тянулась эта ночь. Эмма, практически не отходя, сидела возле Зеда. То, протирая его лицо тряпкой, смоченной в прохладной воде. То наблюдала за Кармен: она со скучающим видом, сидела в углу или дремала, неудобно прислонив голову к стене. Иногда она выходила наружу и тогда Эмма вновь могла слышать, как она ругалась с отцом.
А теперь, видимо поняв, что Рон не поддается на ее провокации и все больше и больше просто игнорировал дочь, она наконец-то заговорила с Эммой. И было ясно, что более дружелюбной за эти часы она не стала.
— Ты что ли немая? – спросила она, пока Эмма смотрела на нее, раздумывая как ответить на ее первый вопрос.
— Нет. Я Эмма.
— Эмма. И кто ты такая, Эмма?
— Я не понимаю твой вопрос.
— Ты любовница моего папочки?
— Нет.
— Его любовница? – Кармен кивнула на Зеда.
Эмма посмотрела на мужчину. Он был бледен, по его лицу иногда пробегала судорога. Каждую минуту она ждала, что он очнется, откроет глаза и посмотрит на нее. И старалась оставаться спокойной, когда этого не происходило.
Любовница? Нет. Она не его любовница. Кто она ему? Эмма не знала.
— Он спас меня, - прошептала Эмма.
— Спас? Вы тут что, все ненормальные? Тоже мне, спасатели. Я не просила спасать меня. У меня все было хорошо. Я имела все, что только пожелаю. Больше, чем когда жила с родителями. И никто не учил меня и ничего не требовал. У меня была шикарная квартира, маленькая, но очень красивая. Служанка, которая убирала и готовила. Красивая одежда и лучшая еда. А в перспективе куча денег и безбедная жизнь, и все что я пожелаю. У нас был идеальный план с Мартой. А теперь? Что теперь? Эта развалюха? Как вообще такое могло случиться?!
Эмма была потрясена. Все, о чем говорила девушка, совершенно не укладывалось в голове. О какой роскошной жизни она рассказывает? Разве ее не удерживали силой?
— Но тебя хотели продать на аукционе, - пробормотала Эмма.
— Что? – усмехнулась Кармен. – Никто не собирался меня продавать. Ты свихнулась? У нас был план. Марта хотела представить меня своему сыну на банкете после аукциона. Я должна была его соблазнить. У меня бы получилось. Он бы голову потерял от меня. Я бы сделала так, что он бы ел с моих рук с закрытыми глазами. Ничего сложного. К тому же он не противный. Вполне себе такой мужчина. Марта знает, как сильно он любит таких как я. Кто может знать сына лучше, чем мать. И когда бы он был моим, я бы прикончила его. А может, я бы влюбилась в него, а он в меня, и мы бы поженились. И Я бы получила еще больше, чем мне обещала Марта.
— Кармен! Что ты такое… Убийство?
— А что? Он негодяй и преступник. Марта хочет остановить его. Я убила бы его, а потом получила бы столько денег, что могла бы жить как королева.
Эмме стало не по себе. Эта девочка говорила об убийстве как о чем-то не существенном. Неужели она действительно была способна на это. И она полностью доверяла женщине, которая хотела убить сына. Тошнота подступила к горлу. Было невыносимо больно, и Эмма не могла больше выносить это. Как долго еще она будет жить во всем этом, в окружении людей, которые думают о мести, смерти и насилии. Почему для них чужие жизни ничего не значат.
— Не смотри на меня так, - зло бросила Кармен. – Лучше бы мне оказаться одной из тех, кого продают как скот? А потом трахают дядьки извращенцы, которые купили их.
— Хватит…
— Ты была одной из них, да? Ты сказала, что он тебя спас. Ты поэтому так сказала? Тебя продали и изнасиловали, да?
— Хватит… - Эмма и сама не слышала своего голоса. Желчь все выше и выше поднималась по горлу. – Меня не…
— От чего тебя спасли?
От кошмара. От ужаса, что преследует ее до сих пор. От ночи, которая оставила только грязь внутри и снаружи. Но Эмма не могла сказать, не могла сказать ни слова. И смотреть на Кармен больше не могла. И страх, что Зед никогда не очнется, с новой силой стал мучить ее. Вдруг он не откроет глаза и больше не закроет ее от кошмара. Больше не спасет ее. Эмма вскочила с кровати и выбежала на улицу. Она не думала о том, что будет делать дальше. Но не смогла сделать больше пяти шагов, как сильные руки Рона остановили ее. Она бежала, не глядя куда, и почти налетела на мужчину. Он заглянул в ее лицо и покачал головой.