Глава 7.Жанна
Я стояла перед ним в чем мать родила. У моих ног валялось платье сапфирового цвета. Силуэт облегающий, длина средняя, спереди вырез и сборки, предназначенные для поддержки груди. Компьютерное моделирование не подвело, look — платье и туфли пришлись впору. Даже клатч с кристаллами Сваровски лежал в моей руке идеально.
Малыш, конечно, немного схитрил, попросив меня прислать фото в обнаженном виде якобы для своих мужских целей, за что и получил хорошую пощечину. Она до сих пор горела на его щеке. Я тоже сглупила, раздевшись на камеру. Но когда влюбленные женщины были умными?!
— Ты показывал мою фотку продавцам из твоего бизнес-центра?! Ну и… скотина же ты! — С этими словами я сдернула с плеч податливую ткань, и платье, съежившись в мягкие складки, оказалось на полу. Для убедительности я небрежно пнула его ногой, — надевай сам! Мне ничего не нужно…
— Мне нужно, мне! — Даниил ткнул себе пальцем в грудь. — Я не машина для секса, Жанна! Я хочу иногда выходить с тобой в свет, а не только кувыркаться с тобой в кровати. От кого мне прятаться? От Алика? Да я при первой возможности набью ему морду! Твою, выжившую из ума, мать я тоже не собираюсь слушать! А чего боишься ты? Выглядеть рядом со мной старой и бедной? — Он махнул рукой, как заправский властный босс, и пригрозил, — не хочешь светиться с брокером, поищи тогда… шофера! Выбирай: я или твои принципы!
Властности в нем не было ни капли, зато романтизма и желания выпендриваться хоть отбавляй. Для него, судя по бессильному выражению лица, непривычно было ставить условия. Он не хотел терять место в “Новом Олимпе” и не хотел терять меня, женщину, которая была старше его на 15 лет и имела дерьмовое прошлое. Раздвоиться парень тоже не мог. Ужин в пафосном “Аркадия” был заказан и оплачен баснословно. Платье тоже стоило ему денег. А во мне бушевали эмоции; злость и досада.
— Черт! Зачем ты меня обманул с фоткой?! — заорала я, наверное, уже больше из упрямства, чем от обиды. Я убрала с лица волосы и нагнулась, чтобы поднять платье. — С ума сошел, Данил… Господи, как мне не хочется с тобой ругаться! Но ты же сам нарываешься…
Он стоял передо мной в белой майке и синих джинсах, смотрел на меня своими теплыми карими глазами, а между бровями пролегли две вертикальные полосы. Моё маленькое счастье мучилось чувством вины.
Я пришла около часа назад, оставила маму с детьми одних. Племянница уже достаточно взрослая, чтобы присмотреть за братом и бабушкой. Я в ее возрасте вовсю помогала матери разносить почту и мыть по вечерам полы в аптеках, магазинах, в подъездах жилых домов.
Охранник у входа в корпус 2 попросил меня назвать мои имя и фамилию. Назвавшись Жанной Ветровой, я улыбнулась ему не очень скромно, да еще подмигнула. Шкаф в черной форме со значком “НО” остался равнодушен к моим попытками расположить его к себе.
— Цель вашего визита и номер апартаментов, — сурово произнес он.
— Да как вам сказать…, вообще-то хотелось бы учинить здесь теракт, но на взрывчатку не хватило денег! — начала я, строя из себя наивную потаскуху. — У меня тут на втором уровне бойфренд живет. Цель секс…, - Я весело пожала плечами и хихикнула, — номер не запомнила почему-то…
— Имя и фамилия жильца! — оборвал мои хиханьки охранник, и его прорвало грубой насмешкой. — У кого же такой поганый вкус?
Потом он позвонил Данилу, и тот подтвердил, что ждет в гости даму. Дверь его апартаментов, как выразился охранник, была приоткрыта. Я вошла немного несмело, боясь нарваться на маму Данила или еще на кого-нибудь из его близких. Но оказалось, что он, открыв мне дверь, вернулся в душ, откуда теперь разговаривал со мной под шум воды:
— Я сейчас. Ты пока там яичницу сваргань… Денек был тяжелый, да и вечер не обещает быть томным…
Слушая его, я не спускала глаз с его красивого влажного тела, по которому текли водяные струи. И чего он подался в брокеры, и почему он не стриптизер из какого-нибудь паршивого клуба? Право, мне было бы легче. Я сняла джинсовую куртку, разулась и шагнула к нему в распахнутую душевую кабину.
— Что у нас вечером…?
Прелюдии не случилось. За неделю мы успевали соскучиться друг по другу. Парень не врал, говоря, что, кроме меня, у него никого нет. Это чувствовалось в нетерпеливых движениях его рук, ритме дыхания. Я тоже шлюхой никогда не была.
Мне не пришлось его раздевать. Ему ничего не стоило задрать подол моего платья в цветочек. Мы оба плавали в удовольствии. Оно накатывало на нас сначала сильными толчками, затем более мягкими и плавными волнами. Потом я обтерла его с ног до головы махровым полотенцем, поцеловала чуть ниже пупка и оставила стоять посреди ванной. Мой мужчина хотел есть не меньше, чем меня…
Все испортило приглашение в ресторан и подарок. Другая бы прыгала от счастья, я же понимала, что меня ведут на смотрины к Светозарову, поэтому одевают, как инстаграм — куклу и собираются накормить деликатесами, как жертвенную овцу в день заклания…
— Ты! Конечно, ты! — я кинулась Данилу на шею, — прости, малыш… Тебе очень больно? — мои губы начали искать следы пощечины. — Знаешь, как я тебя люблю? Но розовые сопли мне чужды. — Давай одеваться! Что ты наденешь, скажи, я найду и принесу…
“”” “”” “””
К “Новому Олимпу” мы подъехали вовремя. Я в сапфировом платье, в серебристых туфельках на высоких каблуках. Даниил в сером костюме, который выбрала я.
Небоскреб был похож на гигантский сталагмит, выросший из самого центра нашего города и сосавший из него силы. На парковке не меньше сотни машин. У входа два охранника проверяли документы и пропуска у желающих посмотреть на небоскреб изнутри.
Даниила и меня пропустили без заминки. И вот я оказалась внутри гигантского холла. Сверху свисал огромный сталактит, люстра из стекла и металла, освещающая пространство тысячами лампочек. Я вздернула подбородок, вцепилась в руку своего спутника, ища в нем опору и защиту.
Мимо нас прошла охрана Светозарова, ее отличали от обычных охранников дорогая форма и удивительная внешняя одинаковость, — красивые мужчины одного роста с боссом. Самого Кирилла я пока не видела и вряд ли увижу. Такие мужики, как он, по низам редко ходят. Охрана поднялась на служебном лифте, а мы зашли в общий зеркальный лифт, в котором свободно стояло человек пятнадцать. По мере повышения уровня лифт освобождался. Мало кто поднимался на 10 уровень. Именно там, по словам Даниила, находился ресторан “Аркадия”.
— Почему так высоко? — спросила я его по дороге. — Дорого, наверное, там ужинать…? Необязательно передо мной выкладываться. Я не облезу, если поем в более дешевом месте…
— Я сам там ни разу не был, — натянуто улыбнулся Даниил, — мне интересно…
“Аркадия” это зал на двадцать столиков, с мозаичными полами и стенами, изображающими средиземноморские пейзажи, — рощи, водоемы, сады, полные обнаженных людей и кротких животных. Зал освещался хрустальными бликующими люстрами. В кадках по периметру росли оливковые деревца и пальмы. Наш столик был посреди зала, ничем не прикрытый. Я изумленным взглядом насчитала, кроме нас, еще три пары гостей. Официант, словно глухой и немой, принес нам шампанское, разлил его по бокалам и ушел.
— За тебя! — Данил поднял бокал и склонил голову набок, ожидая моего ответного жеста. — Ты очень красивая, как обычно, конечно…
— Можно подумать, ты обращаешь внимание на мою внешность, — улыбнулась я, зная, что бордовая помада на моих губах лежала ровно и пока не растекалась. — Ты лучше знаешь то, что у меня ниже пояса…
— Значит это повод познакомиться поближе, — Даниил нервничал, не знал, куда смотреть, какую позу принять, поэтому ерзал на стуле, как школьник за партой. — Тебе здесь нравится, надеюсь…? По-моему, ничего особенного… Птички и обнаженка…