Прошло несколько дней. Глаза устали фиксировать стандартные ответы на вопросы анкет, заполняющихся в паспортном столе. В дверь кабинета, где сидел Айрапетов, осторожно постучали.
— Войдите.
К столу подошел пожилой старшина. По толстой планшетке Айрапетов сразу определил — участковый инспектор.
— Слушаю вас.
— Вы рассказывали нам про этого жулика, который деньги у ротозеев выманивает, — прокашлявшись обстоятельно, начал старшина. — Так вот, есть у меня на примете один весьма подозрительный гражданин. И по комплекции на вашего походит.
— Кто? Где? — Айрапетов встал со стула.
— Я обслуживаю одну гостиницу... — начал рассказывать участковый.
...Давно уже в гостинице «Днепровская» знали Ивана Яковлевича Антоненко. Наезжал он сюда раз в три месяца. Занимал лучший номер на две-три недели. По документам числился заготовителем какой-то конторы, но деньги тратил слишком широко. Жизнь его в Запорожье знаменовалась грандиозными пьянками, иногда заканчивавшимися в отделениях милиции.
— И еще вот что. Уж больно подозрительные типы шатаются к нему в номер. Сплошь спекулянты, — закончил старшина. — Может, полюбопытствуете?
— Обязательно полюбопытствую, — согласился Айрапетов, надевая на ходу пальто.
Через пять минут Айрапетов входил к администратору гостиницы «Днепровская». За ним, слегка отдуваясь, поспевал старшина. Администратор, увидев старшину, приветливо заулыбался.
— А, Тихон Романович, наше вам почтение! Сегодня пока, тьфу, тьфу, чтобы не сглазить, все тихо.
— Ну и хорошо. Я, Федотыч, по делу. У тебя сейчас живет Антоненко?
— Проживает. Вот уже четыре дня.
— Паспорт сдал на прописку?
— А как же. У нас всегда полный порядок.
Пальцы администратора быстро забегали в ящичке.
— Вот, пожалуйста!
Паспорт взял Айрапетов. Администратор удивленно взглянул на старшину.
— Ничего, ничего. Это наш товарищ, — успокоил его старшина.
Айрапетов, волнуясь, открыл паспорт. Да, сомнения быть не могло — это он, гражданин «X». Капитан достал фотографию, привезенную из Москвы. Да, конечно, те же маленькие заплывшие глазки, прилизанные волосы, двойной подбородок. Но не увлекаться! Не увлекаться!
— У вас есть анкета на этого Антоненко?
— У нас всегда порядочек, — повторил администратор и моментально достал тесно исписанный листок.
Айрапетов бережно засунул паспорт и анкету в карман.
— Это я возьму с собой.
— Как же, как же, — засуетился администратор. — Пожалуйста, расписочку. Порядок есть порядок.
— Напишу, не бойся, — успокоил его старшина, расстегивая свой планшет.
Айрапетов не стал дожидаться, пока старшина исполнит все формальности. Он горячо пожал ему руку:
— Спасибо. Большое спасибо, товарищ старшина.
Старшина покраснел, засмущался, хотел что-то ответить, но Айрапетов недослушал. Он уже бежал по улице к телеграфу.
— Девушка, мне нужно сейчас же воспользоваться фототелеграфом. Передать в Москву фотографию и один документ.
Телеграфистка сочувственно посмотрела на взволнованного посетителя.
— К сожалению, ничем не могу вам помочь. У нас по фототелеграфу связь с Москвой только с двенадцати дня до часу. Приходите завтра.
Айрапетов протянул ей свое удостоверение. Девушка посмотрела на красную книжечку, потом с любопытством — на Айрапетова:
— Сейчас позвоню начальнику.
Через десять минут в окошечко просунулась голова в форменной фуражке.
— Пройдите вон там через калиточку, товарищ.
Айрапетов прошел за барьер. Представился.
— Очень приятно, — радушно пожал ему руку начальник отделения. — Давайте зайдем ко мне в кабинет.
Кабинет был маленький. На столике начальника едва умещались телефонные аппараты всех систем и цветов радуги. Айрапетов изложил свою просьбу.
— Рад бы вам помочь. Но, понимаете, канал связи нам Москва дает. Попробую связаться с Москвой.
Начальник отделения снял трубку. Профессионально подул в нее, закричал:
— Москва, Москва.
Москва ответила. Начальник отделения долго убеждал, просил, клялся. Видимо, не помогло. Не отнимая трубки от уха, он сокрушенно покачал головой.
— Разрешите, я поговорю, — попросил Айрапетов.
— Девушка, девушка, — закричал он в трубку.
— Не кричите, — раздался ничуть не приглушенный голос дежурной из Москвы.