На лице Киапа отразилось мгновенное размышление, а затем он сказал, – пойдем, здесь уже охоты не будет, мы тут намусорили своей кровью, мелочь почует и убежит, или проблему покрупней привлечем. У нас есть местечко, где мы предпочитаем ставить силки.
– Местечко как это, с источником?
– Да это место так себе, ловить можно, но не сказать, что самое зачетное для частой добычи.
Мы углубились в развалины, я достал фляжку с соком и протянул Киапу и Лиеру, те кивнув приняли.
А Киап тем временем достал прибор, дозиметр, и с некоторым превосходством и гонором улыбнулся, посмотрев на меня, но я лишь улыбнулся в ответ и показал свой. Вета несколько раз пыталась отнять эту вещь, мотивируя, что это не нужная штука и потом лучевую болезнь в любом случае вылечат, однако я стоял на своём, становиться слабее даже на небольшое время мне не хотелось и если я серьезно заболею, то жадина Вета точно не станет раскошеливаться на то, чтобы провести сеанс медицины немного раньше, но при этом погонит в развалины, где я точно в таком виде отгребу больше люлей. Поэтому выдержал десяток затрещин, но дозиметра не отдал.
– Знаешь для чего эта штука?
– Да, чтобы не ходить в те места, где радиация.
– Неа. Наоборот, это для того, чтобы ходить в места с радиацией. И Киап победно посмотрел на меня, поняв, что хоть где-то он меня пронял. – Лиер скажи. – Лиер с сомнением посмотрел на Киапа. – в его глазах встал вопрос, а надо ли? Давай, говори.
– Все избегают таких мест, а мы, наоборот, быстро пробегаем и оказываемся там, в некоторых случаях за пятнами есть острова, где других охотников меньше, там мы и ставим сети. Или ставим прямо на пятнах.
Маик кивнул, – понятно. – Нет, пока не понятно, продолжал Киап, в тех местах уже сто лет фонит, и, наверное, еще сто лет будет ядовито. Но места более дикие и с меньшим количеством людей.
Радиация – это не яд. Поправил я его.
А что?
– Мелкие частицы, летят с большой скоростью и ломают молекулы тела, – мне папа объяснял.
– И что, это имеет значение яд это или что-то другое?
– Иногда имеет.
– А чего ты тогда с Ветой, а не с ним? Родителей нет, погибли, что-то странное случалось в лаборатории. Был взрыв, затем еще один. Насколько я знаю целый комплекс исчез. Там не только я один остался.
– Понятно, а Вета значит тебя пригрела.
– Обворовала.
Киап замолчал, Лиер в этом разговоре не проронил ни звука.
Дорога тем временем углублялась дальше, они шли мимо деревьев. Попав в первый раз в старый город я был слишком поглощен заботами, чтобы обратить внимание вокруг, потом с Ветой тоже, сейчас идя в компании с приятелями, я невольно останавливался взглядом на том, что раньше просачивалось мимо моего сознание – на невероятную и своеобразную красоту этого места, в солнечном свете древние дома не казались монстрами таящими опасность, наоборот, походили на пригорки, заросшие многочисленными травами, кустами и деревьями, раньше в городе по-видимому сажали много фруктовых деревья, и сейчас на них наливались ароматные фрукты, а другие из них только цвели и бутоны источали великолепные запахи. Дома хотя и имели схожий и даже типовой дизайн, но украшались строителями мозаикой с разнообразными сюжетами, имели переменные уровни этажности для создания визуального эффекта. Зияющие провалы разбитых окон под ярким солнцем в обилии листвы цветов не пугали, а представлялись таинственными гротами. Иногда, где запустение сильней обозначило свое присутствие, отдельные бетонные плиты или куски кирпичной кладки выскакивали под случайным углом сквозь сверкающую зелень.
Киап вел довольно долго, несколько раз его дозиметр показывал рост фона и ребята пробегали это место со свистом, в конце он привел к более возвышенному месту, где даже сохранились остатки древнего покрытия.
Я подергал ногой старые куски покрытия, а потом наклонился и потрогал, что-то черное, с сероватым оттенком, ломающееся, и так не похожее на ровное полотно каменных дорог современных городов.
Киап сказал, – это асфальт, мне папа сказал, раньше таким покрывали улицы городов.
– Крошится.
– Да, его еще вручную делали, на предприятиях не в комплексе.
– Если на предприятиях, то не вручную там машины.
– Ну и что, раз там работали люди, которые следили за машинами, то все равно вручную.
– Нет, вручную это в мастерской.
– В мастерских тоже машины.
– Но можно без машин.