Воцарилось молчание. "Сэр, - вдруг сказал старший штурман, - Я знаю что у вас неприятности." Сенклер сразу обозлился и ушел в себя как ракушка раковину. Ему стало стыдно, что и в этой изолированной каюте знают о его позоре. "Откуда у вас информация о событиях снаружи вашей каюты? Кто распространяет слухи и как они могут проходить через охрану на ваших дверях?!" Старший штурман с веселым интересом смотрел на своего Адмирала. "Дорогой Адмирал,- произнес он, - Я не скажу вам откуда у меня информация. Если хотите я отвечу за это перед трибуналом. Но сейчас мы одни. Пожалуйста, скажите мне, какое решение вы приняли?" "Что вы знаете?" - Сенклер уже не мог сердиться, он слишком устал нервничать, и поэтому говорил спокойно. Ему вдруг стало все равно, и захотелось облегчить душу перед этим маленьким морщинистым человеком. "Я знаю что мы в обитаемой системе, которая к тому же на грани уничтожения. И в наших силах не допустить этого." "Да не в наших это силах! - закричал Сенклер,- Это под силу только хорошо организованной экспедиции, с учеными, лингвистами, врачами, ну и конечно военными. Мы не можем этого сделать! А кроме того мы потеряем время, нарушим график и сорвем нашу операцию!" "Пожалуйста, не надо кричать. Я с вами не спорю, просто пытаюсь вас понять..." Маленький штурман успокаивающе положил руку на плечо Адмиралу. "Вы считаете, что не в силах помешать трагедии? Но будет ли ваша совесть спокойна если вы даже не попробуете этого сделать?" Сенклер опустил голову. "Мы сорвем операцию" - тихо сказал он. "А стоит ли вообще проводить эту операцию?" - совсем тихо пробормотал старший штурман. Сенклер вдруг поднял голову и твердым взглядом посмотрел на него. "Я солдат и должен выполнять приказы. Но вы, старый, мудрый человек, что вы мне посоветуете делать?" Штурман помолчал. Потом сказал: "Искушение подталкивает меня посоветовать вам мою точку зрения, сказать вам что вы не правы. Но вам и только вам держать ответ перед вашей совестью. Поэтому могу только сказать: не слушай никого, мальчик, поступай так как сочтешь нужным, так, чтобы не на кого было потом свалить вину, кроме как на самого себя. Ты в полном ответе перед всеми и самим собой. Тебе и принимать решения..."
x x x
Когда Адмирал Сенклер вышел из каюты штурманов, первое, что он заметил, это усилившаяся неприязнь к нему. Но как ни странно, сейчас это не произвело на него такого гнетущего впечатления как раньше. Он вышел от штурманов с готовым решением. Решением, которое он принял сам. Поэтому он сразу пошел в рубку и взял в руки микрофон общей связи. "Внимание всем постам! - начал он, - Говорит Адмирал Сенклер. Через пять минут эскадра снимается и начинает маневры с целью подойти вплотную к одной из населенных планет этой звездной системы. Мы берем на себя миссию попробовать остановить межпланетный конфликт двух народов напугав их мощью своих орудий. Может быть совместный испуг и общий враг заставят их забыть о вражде и временно объединиться, а потом нашей задачей будет объяснить обоим правительствам гибельность их предприятия. Я объявляю пятиминутную готовность всем службам. Отсчет пошел". Адмирал положил микрофон в гнездо. И вдруг динамки донесли до него какой - то гул, похожий на шум прибоя и топот одновременно. И Сенклер понял, то это экипаж эскадры одобряет его действия, ему кричат "УРА!" В рубку ворвались пилоты, офицеры обслуги орудий, даже некоторым солдатам удалось пробраться внутрь. Сенклеру пожимали руки, хлопали по спине, что - то говорили. Он не слышал, он был просто счастлив.
Через пять минут эскадра уже развернулась, демаскировав себя, и на максимально возможной для планетарных скорости летела к ближайшей планетке. Снова были открыты обзорные экраны и свободны от вахты люди имели возможность любоваться оранжевым солнцем и двумя крошками - планетками, совсем маленькими, почти астероидами. Когда половина пути была пройдена наблюдатели вдруг обратили внимание на то, что военные корабли аборигенов вдруг перестали курсировать между планетами, а заняли определенный порядок вокруг планеты, которая неслась по своей орбите на четверть суток впереди другой. Это было необычно. Вызвали Сенклера и он как раз успел увидеть как из носовых орудий корабликов вырвались энергетические импульсы и устремились к поверхности планеты. Потом эти импульсы стали повторяться через каждые тридцать секунд. Люди на корабле - матке с ужасом увидели как поверхность планеты обуглилась, потом покраснела и стала светиться как раскаленный шар. Корабли развернулись и стали уходить ко второй планете. Но они не успели пролететь даже половину пути. Чудовищной силы взрыв разнес раскаленную поверхность планеты на куски и ее середина выплеснулась огромным горящим озером и клубами раскаленного газа. Этот газ и магма были сразу - же размазаны по орбите центробежной силой, корабли - убийцы исчезли в нем даже не вспыхнув. Через две минуты горящий газ достиг второй планеты. Она вошла в огненное озеро цветущей а вышла из него кусочком светящегося угля.
x x x
На корабле был траур. Многие и многие из офицеров сидели в баре. Солдаты валялись в казарме на койках. Пилоты закрылись в своих каютах. Штурманов выпустили из заточения, но они не радовались своей свободе. Даже самые прожженные, самые жестокие вояки, даже подонки, которые отбывали заключение, отрабатывая в обслуге реактора на военном корабле, все были подавлены и угнетены. Гибель двух планет, высокоразвитых цивилизаций, вышедших в космос, которая произошла у них на глазах, когда, казалось спасение уже близко, перевернула души этих людей и самого Сенклера. "Многим из нас уже не быть военными, - думал он, - Многие станут пацифистами, многие сопьются. Ну а я? Я наконец научусь думать своей головой, а не быть послушной машиной в руках идиотов - политиков."
x x x
"... Как вы могли, - говорил Старик, - Как вы могли господин Военный министр, господин Председатель Совета Федерации, господин Координатор, господа депутаты, как вы могли обречь на ту же судьбу, что постигла эти две планеты, целых пять беззащитных планет? Неужели власть вас лишила разума? Неужели это ваша страшная месть за то, что они отказались лизать вам пятки? Вы все маньяки! И слава космическому богу, что я не стал игрушкой в ваших вонючих руках. Я приказал отстрелить подвижные модули прямо в центр маленького оранжевого солнца, где они благополучно и сгорели, не причинив вреда никому из живых. Вы продались дьяволу. Мне страшно думать, что и я мог быть с вами заодно. Но ваш единственный шанс так и не был реализован. Мне не страшна та ссылка, на которую я был обречен и в которой я живу. Я уже стар, мой час близок. Но я не умру пока весь мир не увидит ваше истинное лицо. Эти мемуары не дадут и вам спокойно умереть в своей постели в почете и цветах. Вас будут проклинать как чуму, вас закидают камнями. Не только за то, что вы собирались сделать. Но и за то, что вы воспитали своих преемников, которым также плевать на нас, как и вам. Люди, я хочу вам сказать, не верьте сказкам про национальные интересы! Все войны развязываются чтобы делать деньги. Грязные вонючие кредитки, ради которых погибает цвет человечества. А все остальное является только замазкой для ваших мозгов. Думайте сами, не давайте себя одурачить! Не верьте сказкам о кровожадных соседях, которые готовы напасть на вас, и поэтому вам нужно напасть первыми. И если в воздухе опять запахнет войной, знайте: кто-то приготовился превращать вашу кровь в свои деньги!"
22.02.1997 Диана Мирзоян, г. Таганрог.