- Присядьте. Давайте закончим игру. Боюсь, что сегодняшняя партия мной уже проиграна, так как я все время думал о коробочке. Тем не менее мы непременно должны продолжить игру, и я докажу, что мне уже на самом деле лучше. Если повезет, может, мне даже удастся выиграть у вас.
За игрой я не переставала исподволь посматривать на лорда Полхоргана. Ловя на себе мои взгляды, он лишь хмыкал в ответ. Доктор Клемент приехал прежде, чем мы успели закончить партию.
Я собралась было уйти, но старик и слышать не хотел об этом.
- Со мной все в порядке, - твердо заявил он. - Я позволил миссис Пендоррик вызвать вас только потому, что она ужасно волнуется за меня. Пожалуйста, объясните ей, что на самом деле мне уже мало чем можно помочь. Дело в том, доктор, что я случайно потерял свои таблетки, и прошло какое-то время, прежде чем миссис Пендоррик нашла их.
- Таблетки всегда должны быть у вас под рукой.
- Знаю, знаю. Сам не пойму, как я мог их выронить. Должно быть, случайно достал их из кармана вместе с носовым платком. Знаете, давайте выпьем по чашке чая. Думаю, миссис Пендоррик будет столь любезна и вызовет Досона. Наш чай уже совсем остыл.
От чая доктор отказался, да и я сказала, что мне уже пора возвращаться домой. Я была твердо убеждена в том, что доктору Клементу необходимо побыть наедине со своим пациентом.
- Но мы еще не закончили игру, - запротестовал лорд Полхорган.
- Ничего страшного. Это можно сделать и в следующий раз.
Попрощавшись, я вышла из дома. Бросив взгляд на часы, я поняла, что еще слишком рано, и решила идти в Пендоррик-холл вдоль моря. Был отлив, так что моя затея казалась мне весьма реальной. Обогнув дом, я увидела, как из теплицы вышел один из садовников лорда Полхоргана. Он любезно вызвался показать мне дорогу.
Садовник повел меня по обрамленной кустарником дорожке, которая заканчивалась калиткой. Пройдя через нее, я очутилась в саду. Представшее перед моими глазами зрелище было поистине чудесным. Здесь было целое море фуксий и белых лилий, наполнявших воздух нежным, чарующим ароматом. В причудливом алькове из зелени росла пальма, при виде которой я тут же вспомнила о нашем внутреннем дворике на Капри. На мгновение мне даже показалось, что я, каким-то непостижимым образом, оказалась в Италии с ее яркой и пышной растительностью. Даже гортензии всевозможных оттенков - от нежно-голубого до розового и белого, - и те были здесь значительно крупнее, чем в Пендоррик-холле.
Зигзагообразно проложенная дорожка облегчала крутой спуск к пляжу. Вдоль нее росли удивительной красоты цветы, названия которых я не знала. Я подумала, как здесь должно было хорошо в солнечный день. Сегодня же небо было затянуто тучами. Пронзительные, тревожные крики чаек навевали меланхолию.
Наконец я подошла к небольшой калитке, выходящей прямо на пляж. Отсюда, из бухты Полхорган, в свое время давшей название дому и имя его хозяину, был хорошо виден разбитый на скалах сад и возвышающиеся над ним серые стены Полхорган-холла. Никакой это не "Каприз"! Просто красивый замок, построенный в красивом месте.
Как всегда во время отлива вода отступила далеко в море. Когда наступит прилив, она будет плескаться у самой калитки, как в Пендоррик-холле.
Вокруг было безлюдно. Осмотревшись, я поняла, что отсюда до Пендоррик-холла значительно дальше, чем по дороге, Так что я не стала медлить и сразу же направилась в сторону своего дома. Торчащие повсюду скалы и небольшие, образованные отливом озерца значительно удлиняли путь. Но вот, перебравшись через огромную, выдающуюся далеко в море скалу, я оказалась на нашем пляже. Над ним вверх по склону раскинулся наш сад. Он был не такой ухоженный и значительно меньший по размеру, чем сад Полхоргана, но тоже очень красивый в своей естественной первозданности.
Я уже ступила на мягкий песок, когда услышала чей-то смех. Я огляделась и, увидев смеющихся, остановилась как вкопанная. На песке, подперев голову руками, расположилась Алтея Грей, а рядом с ней - растянувшийся во весь рост Рок. Увлеченные беседой, они не заметили меня. И я, опасаясь стать свидетельницей возможного развития этой сцены, поспешно крикнула:
- Привет!
Быстро вскочив на ноги, Рок в течение нескольких секунд ошеломленно глазел на меня, а затем бросился навстречу и, подойдя, взял меня за руки.
- Алтея, ты только посмотри, кто пришел! - сказал он. - А я считал, что ты все еще в "Капризе".
Мы вместе подошли к Алтее Грей, которая так и осталась полулежать на песке. В ее голубых глазах, неотрывно смотревших на меня, читалась настороженность.
- В Полхорган-холле все в порядке? - спросила она.
Узнав о том, что произошло, Алтея Грей торопливо поднялась:
- Пожалуй, мне лучше вернуться.
- Поднимись к нам, я отвезу тебя на машине, - предложил Рок.
Взглянув на наш сад и на серые стены Пендоррик-холла, сиделка отрицательно мотнула головой.
- Не думаю, что так будет быстрее. Я лучше пройду по скалам. - Она повернулась ко мне. - Я так часто ходила здесь, что теперь прыгаю как горная козочка... До свидания, - добавила она и торопливо зашагала по песчаному пляжу.
- У тебя растерянный вид, - заметил Рок. - В последние годы у старика часто случаются такие приступы. Конечно, жаль, что это произошло, когда ты была с ним одна.
Открыв калитку, мы направились через сад вверх, к дому.
- Почему ты дошла через пляж? - поинтересовался муж.
- Сама не знаю. Может, потому, что я еще никогда не ходила этой дорогой. Я вышла из Полхорган-холла немного раньше обычного и решила прогуляться. Скажи, разве Алтея Грей - друг... семьи?
- Не семьи...
- Значит, она твоя подруга?
- Ты ведь знаешь, какой я дружелюбный тип. Вполне закономерные вопросы уже готовы были слететь с моих губ, но я сомневалась, стоит ли задавать их прямо сейчас. Мне не хотелось, чтобы Рок решил, будто я собираюсь ревновать его всякий раз, когда он заговорит с какой-нибудь женщиной. Не стоит забывать, что я вышла замуж за одного из Пендорриков, а они всегда славились в округе своей галантностью по отношению к дамам.
- И часто вы встречаетесь здесь, на пляже?
- Пойми, мы живем совсем рядом, а здесь, куда не пойди, везде встретишь своих соседей.
- - Интересно, почему наш пляж нравится этой женщине больше, чем пляж в бухте Полхорган?
- Отсюда можно полюбоваться настоящим старинным замком, а что, кроме грубой подделки, можно увидеть с пляжа соседа?
- Но эта, как ты ее называешь, подделка, не менее красива, чем Пендоррик-холл.
- Кажется, ты все больше симпатизируешь старику. - Он окинул меня полным иронии взглядом. - Может, мне уже пора начать ревновать тебя к нему?
Я не совсем естественно рассмеялась, изо всех сил пытаясь скрыть свои чувства. Неужели его слова о ревности - всего лишь уловка, к которой обычно прибегают мужчины, стремясь скрыть собственную вину? Да нет, ерунда. Мои опасения просто нелепы.
Между тем с наигранной серьезностью Рок продолжил:
- Я очень ревнив, Фейвэл, поэтому тебе не стоит провоцировать меня.
- Надеюсь, сам ты не забыл поговорку: как аукнется, так и откликнется?
- Думаю, моей жене не придет в голову ревновать меня к первой встречной? Ведь она слишком умна для этого.
- Конечно. И все же, по-моему, легче приревновать к молодой и красивой женщине, чем к старому, больному старику.
- Мужчин любят не только за их личные достоинства.
- За что же тогда?
- Миллионеры не валяются на дороге.
- Что за чушь!
- Неужели? В твоих глазах я просто низкое животное, коль скоро меня волнуют такие земные вопросы, как деньги. Но ведь ты сама однажды подметила, что я чем-то похож на сатира, а сатир - это тоже своего рода животное. - Он помолчал, а потом серьезно добавил:
- По-моему, тебе не понравилось, что ты увидела меня с Алтеей, и я всего лишь хотел показать, как смешно с твоей стороны ревновать меня. А вообще я рад, что ты навещаешь соседа. Бедняга только сейчас начинает понимать, что не все на свете можно купить за деньги. Он просто счастлив, что молодая красивая женщина наливает ему чай и играет с ним в шахматы, да притом бесплатно. Такого удовольствия он уже давно не испытывал. Общение с тобой - настоящий подарок для старика.