Снова улыбнувшись мне, доктор Клемент повел меня в толпу танцующих.
- Вы не считаете, что дедушке вредно так волноваться?
- Я бы не сказал, что он чрезмерно возбужден. Напротив, по-моему, происходящее ему на пользу. Должен отметить, миссис Пендоррик, что после вашего приезда мой пациент чувствует себя значительно лучше.
- В самом деле?
- Да, теперь у него снова появился интерес к жизни. Раньше мне иногда казалось, что он просто умрет от меланхолии, сидя в своей комнате у окна и глядя на море. Думаю, теперь у лорда Полхоргана есть для кого жить, а значит, он в состоянии бороться, сопротивляться своему недугу.
- Ваши слова радуют меня, доктор.
- Лорд Полхорган как-то сказал мне, что страшно доволен вашим приездом и даже попросил заверить его подпись на кое-каких документах. Мы разговаривали с сестрой Грей о том, что давно уже не видели старика в таком прекрасном расположении духа. Сиделка считает, что все это произошло только благодаря вам, его внучке, которую он просто боготворит.
- Вы не представляете, как я счастлива хоть чем-то помочь ему, скрасить его одинокое существование. Кстати, доктор, а ваша сестра сегодня здесь, с вами?
- Да, хотя бальные танцы и не совсем в ее стиле. Вот если бы здесь танцевали народные... - Он весело расхохотался, не договорив. И в этот момент какой-то красивый, темноволосый молодой человек требовательно похлопал его по плечу. Поняв, в чем дело, Эндрю Клемент притворно рассердился.
- Разве в этом танце кавалеры меняются дамами?
- Да. Теперь моя очередь танцевать с миссис Пендоррик.
Во время танца молодой человек сообщил мне, что его зовут Джоном Полдри и что он живет на расстоянии нескольких миль от берега.
- Я приехал домой ненадолго, - продолжил он. - Вообще-то я изучаю право в Лондоне.
- Очень рада, что вы выбрались к нам.
- Да, вечер прекрасный. Все так здорово, особенно то, что вы оказались внучкой лорда Полхоргана.
- Кажется, так думают все без исключения.
- У вашего деда просто поразительно красивая сиделка.
- Да, это уж точно.
- Кто она? Ее лицо знакомо мне.
- Ее зовут Алтея Грей.
Мой кавалер задумчиво покачал головой.
- Не могу припомнить, где я ее видел. Уверен, что эта женщина приходила ко мне по какому-то делу, только вот по какому? Вообще-то у меня прекрасная память на лица, но на этот раз она меня подвела.
- Может, вы что-то спутали?
- Я обязательно вспомню, где встречал ее, вот увидите.
- Почему бы вам прямо не спросить ее об этом.
- Я спросил, и, знаете, эта женщина просто сразила меня своим ответом. Она убеждена, что мы с ней никогда не встречались прежде.
Моего партнера похлопали по плечу, настала очередь Рока танцевать со мной. Я обрадованно шагнула ему навстречу. Глаза мужа весело искрились.
- Все идет как по маслу, - заметил он, - но, к сожалению, я почти не вижу хозяйку этого дома. Конечно, понимаю, у нее полно обязанностей...
- То же самое можно сказать и о тебе.
- Разве ты не видишь, что я стараюсь изо всех сил, не пропустил ни одной из тех женщин, которые обычно весь вечер стоят, подпирая стену.
- Оно и видно. Ты уже несколько раз танцевал с Алтеей Грей. Не хочешь ли ты уверить меня в том, что она тоже страдает от недостатка внимания?
- Пойми, Фейвэл, женщины вроде Алтеи и Рэйчел действительно могут оказаться в невыгодном положении на балу. Сиделка и гувернантка! В нашем обществе еще полно снобов.
- Поэтому ты так и усердствовал с Алтеей? А как же насчет бедняжки Рэйчел?
- Что ж, пожалуй, я позабочусь и о ней.
- В таком случае, - беспечно заметила я, - мне ничего не остается, как наслаждаться хоть этими минутами с тобой.
Нежно коснувшись губами моего уха. Рок прошептал:
- Ты не забыла, дорогая, что теперь мы до конца жизни принадлежим только друг другу?
***
Ужин прошел весьма удачно. Его подавали в трех больших комнатах, прилегающих к холлу. Огромные, до пола, окна в них выходили на террасу, откуда открывался чудесный вид на сад и на море; яркий свет луны усиливал и без того неповторимое от этого пейзажа впечатление.
Убранные умелыми руками Трихэя комнаты смотрелись не хуже, чем сам бальный зал. Во всем чувствовался размах и роскошь. Столы буквально ломились от всевозможных деликатесов. Досон и находившиеся в его подчинении слуги, наряженные в красивые ливреи, прислуживали гостям в баре, в то время как сама миссис Досон приглядывала за столами.
Я сидела за одним столиком с дедушкой, Джоном Полдри и его братом, Деборой и девочками. Сегодня Ловелла была непривычно молчалива, и я не преминула отметить этот столь необычный факт. В ответ Хайсон объяснила, что они дали слово не привлекать к себе внимания, а то кто-нибудь вдруг заметит, что они с сестрой слишком малы для подобного бала, и попросит Рэйчел отвезти их домой. Близнецы тут же сообщили мне, что удрали от гувернантки и родителей и попросили ничего не говорить об этом Деборе, если та сама невзначай не заметит этого. Я пообещала не вмешиваться.
Пока мы разговаривали, часть гостей вышла на террасу. Я заметила, что Алтея и Рок тоже прогуливаются там. На мгновение остановившись, они залюбовались морем, все это время, казалось, говоря о чем-то очень серьезном. При виде их вдвоем мое хорошее настроение несколько испортилось.
Гости начали расходиться только в полночь. Наконец уехали все, остались только Пендоррики. Пока мы прощались с дедушкой, поздравляя его с удачным приемом, сиделка все время крутилась возле нас. Затем она повезла сидящего в инвалидном кресле деда к лифту, предусмотрительно установленном в Полхорган-холле за несколько лет до его болезни, а мы вышли на улицу, к машинам.
В Пендоррик-холл мы вернулись только в половине второго и, проехав через северную арку, остановились у входа. Дверь открыла поджидавшая нас миссис Пенхаллиган.
- Миссис Пенхаллиган, - сказала я, - вам не следовало дожидаться нас, ведь уже так поздно.
- Мадам, я решила, что перед сном вы наверняка захотите немного перекусить. У меня уже готов суп.
- Суп? Жаркой летней ночью? - возмущенно воскликнул Рок.
- Суп, суп, наш знаменитый суп, - нараспев проговорила Ловелла.
- Это тоже одна из старинных традиций, - прошептала мне на ухо Морвенна. Даже, если мы очень захотим, то все равно не сможем избавиться от нее.
Мы вошли в дом, и миссис Пенхаллиган повела нас в небольшую зимнюю столовую. При виде накрытого стола Ловелла принялась приплясывать по комнате, весело напевая: "К вечеру послышались звуки пирушки..."
- Ловелла, умоляю тебя, успокойся, - вздохнула Морвенна. - Уже ночь. Ты не устала?
- Ничуть, - негодующе фыркнула девочка. - Бал был просто замечательным!
- Но он уже окончен, - назидательно напомнил им Рок.
- Еще нет. Прежде чем разойтись по комнатам, мы должны отведать супа.
- Пусть завтра дети поспят побольше, - обращаясь к Рэйчел, сказала Морвенна.
Войдя в комнату с супницей в руках, миссис Пенхаллиган уже через мгновение принялась разливать суп по тарелкам.
- Прямо как в добрые старые времена, - заметил Рок. - Спрятавшись в галерее, мы наблюдали за их возвращением, помнишь, Морвенна?
Та утвердительно кивнула.
- За чьим возвращением? - спросила Хайсон.
- Наших родителей, конечно. Тогда нам было не больше...
- Пяти, - вставила Хайсон. - Верно?
- Какие же они осведомленные, эти дети, - шутливо пожаловался Рок. - Это ты их наставляешь, Дебора?
- Ну, и что это за суп? - поинтересовалась Ловелла.
- Попробуй, узнаешь, - ответил ей Рок.
Она послушно подчинилась и от удовольствия даже закатила глаза.
Мы все согласились, что эта традиция не так уж плоха. И хотя нам самим никогда бы не пришла в голову идея есть суп в такую жаркую ночь, в этом все же заключался какой-то смысл. Уж во всяком случае у нас появилась возможность еще раз обсудить прошедший вечер.
Несмотря на то, что с супом было покончено, никто из нас не спешил расходиться по комнатам. Мы принялись говорить о Полхорган-холле и о тех людях, с которыми нам довелось встретиться там. Устало откинувшись на спинки стульев, девочки предпринимали поистине героические попытки не заснуть. Их головки то и дело понуро клонились на грудь, напоминая увядающие без воды колокольчики.