- Вот когда я был совсем мальчишкой, беспокоиться действительно было не о чем.
Еще бы, лет восемьдесят тому назад, мысленно прикинула я.
- Тогда речь не шла о том, что мы не сможем продержаться, - размышлял вслух Джесси. - Мы и думать не думали, что с годами в Пендоррик-холле что-либо изменится. Полхорган-холла тогда и в помине не было, и, упоминая Полхорган, все обычно имели в виду не что иное, как небольшую бухту там, внизу.
Рассказы Джесси настолько захватили меня, что я потеряла счет времени и пробыла у него дольше, чем первоначально намеревалась. Когда я наконец поднялась, чтобы попрощаться, было уже шесть часов. Окошки в домике были небольшими, и здесь всегда не хватало света, так что я даже и не заметила, как на улице стемнело. В этот день море уже с утра было скрыто туманом, который к вечеру сгустился еще сильнее, так что прилегающую к кладбищу церковь было почти невозможно различить. Я задержалась у калитки, чтобы полюбоваться тем, как затейливо вечерняя дымка стелилась над могилами, принимая самые неожиданные очертания. И вдруг я снова услышала его. Казалось, этот странный, слегка надтреснутый, голос доносится именно с кладбища: "Как узнать, где милый твой..."
Мое сердце бешено заколотилось, лежащая на ручке калитки рука задрожала. Я стала нервно озираться. Никого кругом. Все тонуло в тумане.
Но кто-то ведь пел там, на кладбище, и мне непременно нужно было выяснить, кто именно. Полная решимости все выяснить раз и навсегда, я инстинктивно направилась к фамильному склепу. Я ни секунды не сомневалась, что увижу там кого-то из Пендоррик-холла. Должно быть, это старая Кэрри, ведь именно она приносила на кладбище цветы для своей любимой Барбарины. И она наверняка часто слышала, как та пела эту песню, а значит, могла запомнить ее мотив и слова.
Подойдя к склепу, я застыла на месте. Никогда раньше я не видела дверь открытой, и была уверена, что если она и открывается, то только для того, чтобы навсегда принять в свои стены еще одного из Пендорриков.
Ах, он умер, госпожа,
Он - холодный прах;
В головах зеленый дерн,
Камешек в ногах.
На этот раз голос раздавался из самого склепа. Спустившись вниз по ступенькам, я позвала:
- Кэрри, это ты?
Мой голос гулким эхом отозвался в склепе.
- Кэрри!
Заглянув внутрь, я увидела еще несколько ведущих вниз ступенек и спустилась по ним.
- Кэрри, ты здесь?
Молчание. В приглушенном сумеречном свете, падающем сквозь дверной проем, можно было различить каменные гробницы, внутри которых покоились мертвые Пендоррики. Кругом пахло плесенью и сырой землей...
Хлоп! Я вдруг оказалась в кромешной тьме. На то, чтобы до конца осознать, что дверь захлопнулась и что я закрыта в склепе, потребовалось еще какое-то время. Крик ужаса, наконец, слетел с моих губ.
- Кто там? - кричала я. - Кто закрыл дверь?! Я попыталась найти ступеньки, но мои глаза еще не привыкли к темноте. Споткнувшись обо что-то, я во весь рост растянулась на холодном каменном полу. Лихорадочно вскочив на ноги, я все же умудрилась подняться по ступенькам, которые теперь уже немного различала в сумраке склепа. Изо всех сил навалившись на дверь, я попыталась открыть ее. Тщетно! Она была заперта на ключ!
Меня охватила паника. Я бешено забарабанила кулаками по двери.
- Выпустите меня отсюда! - что есть мочи заорала я. - Слышите, выпустите меня немедленно!
Мой голос звучал приглушенно, а снаружи его наверняка вообще не было слышно. Опершись о дверь, я постаралась понять, что же произошло. Кто-то специально заманил меня в это ужасное место. Этот "кто-то" явно хотел избавиться от меня. Сколько я смогу здесь продержаться? Но ведь меня хватятся, Рок будет искать меня.
- Рок! - позвала я. - Рок, приходи скорей! В отчаянии я закрыла лицо ладонями, стараясь не глядеть вокруг. И тут мне показалось, что рядом что-то шевельнулось. Я напряженно прислушалась. Неужели это звук чьего-то дыхания? Я похолодела от ужаса. Нет, Фейвэл Пендоррик не верит в привидения, пыталась я успокоить себя. Но это легко говорить где-нибудь на солнце или в хорошо освещенной комнате, и совсем другое дело здесь, когда ты заживо погребена в подземелье среди мертвых. До сего момента я никогда не испытывала чувства животного страха. Меня прошиб холодный пот, волосы, очевидно, встали дыбом. Я плохо помню, что происходило, знаю только одно: в моей душе не осталось места ни для чего, кроме этого всеобъемлющего страха.
И все же я была здесь не одна, теперь я знала это наверняка. Вместе со мной в склепе находилось еще какое-то существо, чье дыхание я отчетливо слышала. Я еще сильнее сжала лицо ладонями, так как не хотела да и не смела увидеть это. Чьи-то холодные пальцы коснулись моей руки.
- Барбарина! - вырвалось у меня из груди, в этот момент я не сомневалась в реальности легенды о новобрачных. Барбарина заманила меня в могилу, чтобы я заняла ее место и начала бродить по Пендоррик-холлу.
- Фейвэл, - раздался чей-то шепот.
- Хайсон?
- Да, Фейвэл, это я.
Какое облегчение, я не одна! Рядом живой человек, который поможет справиться с ужасом этого отвратительного подземелья. Никогда в жизни я еще не была так рада услышать человеческий голос.
- Хайсон, что ты здесь делаешь?
Поднявшись по ступенькам, она прижалась ко мне.
- Очень страшно, когда дверь закрыта, - сказала она.
- Это ты сделала, Хайсон?
- Что сделала?
- Закрыла меня.
- Но ведь я заперта здесь вместе с тобой.
- Как ты здесь очутилась?
- Я знала - что-то непременно должно произойти.
- Что? Как?
- Знала, поэтому и пришла встретить тебя и убедиться, что с тобой все в порядке.
- Что ты имеешь в виду? Как ты могла знать?
- Я вообще многое знаю. Подойдя к кладбищу, я услышала голос. Дверь в склеп была открыта, и я вошла.
- До меня?
- Буквально за минуту. Не успела я спрятаться внизу, за ступеньками, как вошла ты.
- Не понимаю, что все это значит?!
- Это значит, что сюда тебя заманила Барбарина, но она не учла, что я тоже здесь.
- Хайсон, Барбарина мертва.
- Нет, она не угомонится до тех пор, пока ты не займешь ее место.
Постепенно я начала обретать свое обычное хладнокровие.
- Чушь, Хайсон. Барбарина мертва, и все эти россказни о том, будто она бродит по замку, не более чем легенда.
- Она ждет смерти новобрачной.
- Я не намерена умирать.
- Мы обе умрем здесь, - почти безразлично сказала Хайсон.
Я подумала, что эта девочка ничего не знает о смерти, никогда не сталкивалась с ней. В ее представлении, смерть наступает быстро и безболезненно, как в кино, когда актеры просто падают на землю, изображая мертвых. Тот, кто запер нас здесь, забыл о том, что Хайсон - еще совсем девочка, и она не должна была принимать участие в этой сцене даже как, зритель.
- Ерунда, - сказала я. - Мы не умрем. Какое-то количество воздуха все же проникает в склеп. Нас будут искать и в конце концов непременно найдут.
- Никому и в голову не придет искать нас в склепе.
- Нас будут искать везде.
- Но сюда они никогда не заглянут. В воздухе повисла неловкая пауза. Я пыталась сообразить, кто запер нас в склепе, кто ждал, пока я выйду из коттеджа Джесси Плейделла, чтобы затем, подобно морским сиренам, заманить сюда своим прекрасным пением. Этот "кто-то" явно хотел убрать меня со своего пути. Дождавшись, пока я войду в склеп, выскользнул из какого-то потайного места в этом подземелье и закрыл дверь. Постепенно страх отпустил меня. Эта ловушка устроена человеком, а значит, я могу еще потягаться с ним. Я сказала:
- Хайсон, как ты думаешь, кто же все-таки запер дверь?
- Барбарина.
- Это неразумно. Барбарина давно мертва.
- Она здесь, Фейвэл... В гробу. В том, что стоит рядом с дедушкиным. Душа Барбарины не успокоится до тех пор, пока... Именно поэтому она и закрыла тебя здесь.
- Кто же, по-твоему, отпер дверь?
- Она.