- Дорогая, ты выглядишь не так хорошо, как бы мне хотелось. Воздух Девоншира исцелил бы тебя.
- Положим, тетя, - вмешалась Морвенна, - здешний, морской климат справедливо считается более полезным.
- Но перемена обстановки всегда действует благотворно, тут и спорить нечего.
- Я рада, что вы вернулись, - сказала я Деборе. - Я скучала без вас.
Она явно осталась довольна моими словами и пригласила.
- Пойдем ко мне, я привезла тебе небольшой подарок.
- Подарок? Мне? Как мило с вашей стороны.
- Эта вещица очень дорога мне.
- В таком случае я не смогу ее принять.
- Ты просто обязана это сделать, дорогая. И потом, разве это подарок отдать то, что не нужно мне самой?
Она нежно пожала мою руку, и я подумала: может, стоит расспросить Дебору? Конечно, не напрямую, а вскользь. В конце концов, ей лучше других известно, что в течение многих лет творилось в Пендоррик-холле.
Мы пошли в ее спальню, где Кэрри уже распаковывала вещи.
- Кэрри, - позвала ее Дебора, - а где тот небольшой подарок, который я привезла для миссис Пендоррик?
- Здесь, - не глядя на меня, ответила старуха.
- Кэрри не в настроении, она просто терпеть не может покидать свои любимые болота, - шепотом объяснила мне Дебора.
Она взяла в руки маленький, завернутый в красивую бумагу предмет и подала мне. Развернув его, я увидела прелестную вещицу - обрамленный нефритами и топазами миниатюрный портрет молодой девушки с рассыпанными по плечам волосами и безмятежным взглядом.
- Да это же Барбарина! - так и ахнула я.
- Ты всегда интересовалась ею, и я решила, что тебе понравится мой подарок.
- Очень красиво. Но, должно быть, это очень дорогая вещь.
- Я рада, что ты довольна.
- Наверняка, есть и вторая, такая же, только с вашим портретом. Я бы предпочла именно ее.
Мои слова явно польстили Деборе, но она покачала головой.
- Художникам всегда нравилось писать портреты сестры. Отец интересовался искусством и часто приглашал их в дом. Обычно они заявляли: "Мы непременно должны написать портреты близнецов, и начнем с Барбарины". Но когда очередь доходила до меня, забывали о своих намерениях. Я до сих пор считаю, что у сестры было все то, чего недоставало мне, и окружающие тянулись именно к ней. Я всегда казалась лишь ее тенью - точной копией, но не такой яркой, а значит, и менее привлекательной.
- Знаете, Дебора, по-моему, вы недооцениваете себя.
- Фэйвэл, дорогуша, я бесконечно благодарна Року за то, что он нашел тебя и привез сюда.
- Это я должна быть благодарна. Все так добры ко мне, особенно вы.
- Я? Да я просто замучила тебя старыми фотографиями и болтовней о прошлом.
- Напротив, мне очень интересно с вами и хочется задать вам множество вопросов.
- В чем же дело? Давай присядем у окна и поговорим. Как здорово снова оказаться здесь. Конечно, я люблю свои болота, но здешнее море просто притягивает меня.
- Должно быть, вы очень скучали по своему дому, когда растили Морвенну и Рока и постоянно жили в Пендоррик-холле?
- Иногда. Но когда они уезжали в школу, я обычно возвращалась в Девоншир.
- А они приезжали к вам туда на каникулы?
- Нет, каникулы близнецы почти всегда проводили в замке. Как-то раз Морвенна привезла с собой Рэйчел, а затем ее присутствие в доме стало привычным. Морвенна очень привязалась к ней, а ведь Рэйчел нельзя было назвать приятным ребенком. Однажды она даже заперла бедную Морвенну в склепе просто ради шутки. Уж ты-то, конечно, можешь себе представить, как бедняжка перепугалась. Ей начали сниться кошмары. Она сама призналась мне в этом, когда я как-то зашла, чтобы успокоить ее. Но это происшествие никак не отразилось на ее дружбе с Рэйчел, и когда Рок с Морвенной поехали во Францию, Рэйчел отправилась вместе с ними.
- Когда же это было?
- Когда дети стали чуть постарше, лет семнадцати-восемнадцати. Я всегда надеялась, что когда-нибудь Морвенна бросит дружить с Рэйчел, но этого так и не произошло. Наоборот, в то время эти трое подружились еще сильнее.
- Когда им было по восемнадцать?
- Да. Морвенне не терпелось уехать во Францию. Она хотела улучшить свое произношение и заявила, что поживет там месяца два. К тому моменту она закончила учебу в частной школе, и я всерьез подумывала о том, чтобы отправить ее в какую-нибудь хорошую школу за границу. Но Морвенна настояла, что будет значительно лучше, если она поедет во Францию и поживет в частном пансионе, где, общаясь с людьми, выучить язык легче, чем в любой из школ.
- И Морвенна на два месяца уехала во Францию?
- Рэйчел поехала с ней. И на какое-то время Рок. Сначала я немного встревожилась. Рок проводил с ними все время, и я начала опасаться, что он и Рэйчел...
- Вы не приветствовали бы этого?
- Моя дорогая, пусть это и несправедливо, но мне не хотелось видеть Рэйчел хозяйкой Пендоррик-холла. Почему? Сама не знаю. Может быть потому, что в ней нет светского шарма? Конечно, она получила неплохое воспитание и образование, но строго между нами, чем-то она все же не нравится мне, даже не могу сказать, чем именно.
- Мне кажется, я знаю, что вы имеете в виду.
- Эта женщина всегда начеку, словно поджидает свой единственный в жизни шанс. Я тогда очень переживала. Мне казалось, что Рок слишком уж старается, чтобы девушки устроились в этом пансионе как следует. Какое-то время он тоже жил там, да и потом часто навещал их. Всякий раз после его возвращения я с замиранием сердца ожидала, что он объявит о своей помолвке с Рэйчел Бектив. К счастью, этого не произошло.
Я лихорадочно прикидывала в уме. Им было по восемнадцать лет. Сейчас мальчику приблизительно четырнадцать, а самому Року тридцать два... Нет, недаром я всегда подсознательно чувствовала, что гувернантка чем-то связана с Пендорриками. Да она и сама всячески поддерживала это впечатление. Держалась вызывающе, как будто напрашивалась на ссору. А эта ее язвительность. Она словно бы давала понять: лучше относитесь ко мне как к члену семьи, а не то... В общем, после разговора с Деборой у меня появилось желание - и, по-моему, вполне естественное - при первой же возможности поговорить с Роком и сообщить ему о своих догадках.
Придя к себе, я поставила миниатюру на камин и какое-то время стояла, глядя в эти спокойные, задумчивые глаза. Нет, все же надо немного выждать и попытаться побольше узнать о той паутине, которая все крепче запутывала меня.
***
Через несколько дней Клементы устроили вечеринку. По дороге к ним мы с Роком были в слегка подавленном настроении. Я - из-за своих мыслей о мальчике, живущем у Луизы Селлик, и размышлений о том, какова роль Рока в его появлении на свет. Мне очень хотелось узнать правду, но я страшилась ее, отчаянно стараясь сохранить то счастье, которое познала с Роком. Что касается мужа, то он, очевидно, думал, что инцидент в склепе сильно испугал меня и что мне нужно какое-то время, чтобы оправиться, поэтому и решил оставить меня в покое. Все это время Рок относился ко мне подчеркнуто внимательно, как в первые дни после смерти отца.
В гот вечер Мейбл, чьи сережки звонко побрякивали, проявила себя на редкость радушной хозяйкой дома, и вечеринка прошла в атмосфере веселья и дружелюбия. Кроме прочих гостей на ней присутствовали и художники, жившие здесь целой колонией. Их привлекала неповторимая красота местных пейзажей. Я была очень тронута, когда один из них невзначай упомянул имя моего отца и с почтением отозвался о его работах.
В противоположном углу гостиной раздался веселый хохот. Оглянувшись, я увидела Рока, находящегося в центре внимания целой группы людей, преимущественно женщин. При виде их я пожалела о том, что не стою среди них. Как бы мне хотелось, чтобы мои сомнения рассеялись, и я могла бы с головой погрузиться в то по-детски наивное счастье, которое мне был в состоянии подарить только Рок.
Ко мне подошла Мейбл с молодым человеком.
- Один мой знакомый очень хочет поговорить с тобой.
Прошло несколько секунд, прежде чем я узнала его.
- Я - Джон Полдри, помните меня?
- Да, конечно, мы познакомились на приеме... Мейбл отошла к другим гостям.
- Это был чудесный вечер, - продолжил он.