- Я рада, что он вам понравился.
- Конечно, очень печально, что...
Я согласно кивнула головой.
- Я хотел вам кое-что сказать, миссис Пендоррик. Хотя думаю, что теперь это уже не имеет значения. Насчет медсестры.
- Сестры Грей?
- Да, помните, я упоминал, что где-то видел ее прежде?
- Вы все-таки вспомнили?
- Да, я долго мучался, а затем меня словно осенило. В то время я был в Генуе, а там трудно достать английские газеты. Точно зная время моего пребывания там, я отправился в библиотеку и просмотрел старые подшивки газет за тот период. Это была она, сестра Алтея Стоунер Грей! Если бы я услышал ее полное имя, то сразу бы вспомнил.
- Ну и что же вы выяснили?
- Боюсь, я был слишком суров к ней. Мне втемяшилось, что она совершила какое-то преступление. Надеюсь, мои слова, сказанные в ее адрес в тот вечер, не повлияли на ваше мнение о ней. Хотя сообщение в газете было не из приятных. И, в частности, сообщалось, что Алтея Стоунер Грей проиграла дело.
- Значит, судебное дело все же имело место?
- Сестра Стоунер Грей ухаживала за пожилым человеком, и он завещал ей все свои деньги. Оставшись после его смерти ни с чем, жена опротестовала завещание. В газете было всего несколько строк, вы знаете, как это обычно бывает.
- Когда это произошло?
- Шесть лет тому назад.
- Думаю, она сумела представить дедушке хорошие рекомендации. Такой человек, как он, должен был потребовать их.
Мой собеседник рассмеялся.
- Все это дело прошлое. Полагаю, сестра Грей уже далеко отсюда.
- Ошибаетесь. Она и по сей день живет неподалеку от нас. Арендует коттедж. Мой дедушка оставил ей небольшую сумму денег. Вероятно, она считает, что может позволить себе немного передохнуть.
- Должно быть, работа частной сиделки весьма прибыльное дело, конечно, если предусмотрительно выбирать только богатых пациентов.
- И особенно, если они вовремя умирают и оставляют после себя наследство.
- Алтея Грей достаточно умна и опытна и наверняка тщательно подбирает себе подопечных. - Джон Полдри пожал плечами и взял в руки одну из работ Мейбл, расставленных по всей студии:
- Красиво. - Для него тема разговора было исчерпана.
Чего никак нельзя было сказать обо мне. Сестра Грей не шла у меня из головы. Сестра Грей и отношение к ней моего мужа.
По дороге обратно в Пендоррик-холл мы с Роком едва перекинулись парой слов.
***
Я заметила перемену в Морвенне. Та стала рассеянной. Несколько раз, обратившись к ней, я так и не дождалась ответа. Она как бы отрешилась от всего вокруг, пребывала словно во сне. Но если это были сны, то явно сны счастливые.
Однажды вечером она пришла к нам в комнату, когда мы переодевались к ужину.
- Я хочу кое-что сообщить вам обоим.
- Мы само внимание, - сказал ей Рок. Усевшись на стул, несколько мгновений она молчала, словно собиралась с мыслями. Подняв брови, муж вопросительно взглянул на меня.
- Я не хотела никому говорить об этом, пока не удостоверилась.
- Перестань испытывать наше терпение, - шутливо заметил Рок.
- Конечно, я уже сказала Чарльзу и теперь хочу сообщить эту новость вам до того, как об этом узнают все остальные.
- Надо так понимать, что в детской Пендорриков скоро снова раздастся плач грудного младенца? - задал вопрос ее догадливый брат.
- Рок, - воскликнула Морвенна и бросилась в его объятия.
Нежно прижав сестру к себе, он принялся вальсировать с ней по комнате, затем остановился и заботливо сказал:
- Какой же я болван. Теперь мы должны беречь тебя. - И, отпустив сестру, торжественно поцеловал ее в щеку. - Венна, я просто счастлив. И да благословит тебя Господь Бог.
- Не сомневалась, что мое известие обрадует тебя, Рок.
Я была до глубины души растрогана этой сценой, свидетельствовавшей об их привязанности друг к другу. Но в то же время почувствовала себя лишней. Морвенна, казалось, просто забыла о моем существовании, да и Рок тоже. Сказав, что она хочет сообщить нам обоим нечто важное, Морвенна, конечно, имела в виду только Рока. Вполне закономерно, ведь они близнецы, и связь между ними крепка и нерушима. Прошло несколько минут, и они наконец вспомнили обо мне. Морвенна заметила:
- Ты, наверное, принимаешь нас за сумасшедших, Фейвэл?
- Конечно же, нет. Это замечательная новость, и я от всей души поздравляю тебя. Хлопнув в ладоши, она прошептала:
- Если бы ты только знала... - Будем надеяться, что родится мальчик, вставил Рок.
- Непременно мальчик.
- А что говорит старина Чарльз?
- А как ты думаешь? Он на седьмом небе от счастья. Уже придумывает имена.
- Надо дать ребенку старинное корнуэльское имя, но только не Петрок. Морвенна сказала:
- После стольких лет ожидания! Понимаешь, Фейвэл, нам так хотелось сына.
Мы спустились к ужину вместе, и Рок поднял тост за здоровье будущей матери. Все, конечно же, пришли в прекрасное расположение духа.
На следующий день я поговорила с Морвенной, которая теперь, как мне показалось, стала более дружелюбной со мной. Она сказала, что на третьем месяце беременности и что уже начала готовить приданое для новорожденного. Морвенна была настолько уверена, что родится мальчик, что я даже немного испугалась за нее, поняв, как она будет разочарована, появись на свет девочка.
- Ты вероятно считаешь, что я веду себя, как девчонка, ожидающая появления первенца, - со смущенным смешком заметила она, - но именно так я себя и чувствую. Чарльзу очень хотелось сына, и мне тоже. Я чувствовала себя чуть ли не предательницей, так и не подарив ему наследника.
- Уверена, что сам Чарльз так не считает.
- Чарльз - очень хороший человек. Он слишком воспитан, чтобы открыто выказывать свои чувства. Но я-то знаю, как страстно он желал сына. Мне придется особенно беречь себя, чтобы не случилось ничего дурного, как пять лет тому назад. Тогда у меня был выкидыш, и я чувствовала себя прескверно. Доктор Элджин, работавший здесь до доктора Клемента, сказал, что мне не следует больше пытаться заводить детей, по крайней мере какое-то время. Представляешь, каково нам сейчас?
- Ты действительно должна беречь себя.
- Конечно, хотя некоторые считают, что беременным следует вести обычный образ жизни.
- Уверена, что на этот раз у тебя все будет в порядке. А вдруг родится девочка?
Она сникла.
- Ты все равно полюбишь ее, - поспешила заверить Морвенну я, - так всегда бывает.
- Конечно, я буду любить свою дочку, но по-другому. Мне нужен сын, Фейвэл. Я не могу тебе сказать, как я мечтала о нем.
- Какое имя ты решила ему дать?
- Чарльз настаивает, что, если родится мальчик, его следует назвать Иннис. Так звали многих Пендорриков. А если у вас с Роком тоже родится сын, вы назовете его Петроком, такова традиция. Но Иннис такое же красивое корнуэльское имя, как и Петрок, правда?
- Иннис, - повторила я.
- Не сомневаюсь, что это будет именно Иннис, - сказала Морвенна.
Взяв лежащий у нее на коленях каталог с моделями для новорожденных, я с притворным вниманием углубилась в его изучение. А сама предалась своим невеселым размышлениям. Так значит мальчик, живущий на болотах, не только похож на Пендорриков, но и носит традиционное для семьи имя. Морвенна взяла Рэйчел с собой во Францию. И Рок столь часто навещал их там, что Дебора даже опасалась, не женится ли он на Рэйчел...
***
Я была уверена, что контролирую свои чувства, но, видно, не смогла утаить их от мужа. Однажды он объявил, что собирается взять меня на прогулку. Я не должна воображать, что знаю Корнуолл, сказал он, лишь потому, что увидела один из его уголков. На этот раз он отвезет меня подальше от дома.
Когда мы выехали из Пендоррик-холла на его "даймлере", в воздухе висела осенняя утренняя дымка. Но Рок заверил, что к полудню солнце прорвется сквозь эти заслоны, и оказался прав. Какое-то время мы ехали по знакомой дороге по болотам, затем повернули на север и, доехав до сельской гостиницы, остановились пообедать там. И вскоре я поняла, что Рок специально привез меня сюда, чтобы без помех серьезно поговорить.
- Ну, а теперь, - сказал он, наполнив мой бокал золотистым "скабли", выкладывай.