Я не ответила сразу, а когда заговорила, это только сильней инкриминировало меня.
— Я эм… Ничего еще не точно, и все такое.
Ее выражение изменилось, брови напряглись.
— Не точно? Сделаем вид, что я этого не слышала.
Мое лицо горело, как когда-то давно на этом диване, она давала мне унизительные указания перед выпускным балом, о том, что нужно принимать правильные решения. Боже мой, мне кажется, я тогда совсем ее не слушала, ведь так? Я встречалась с ужасным мальчиком, который избил меня, теперь с хорошим человеком, который почти убил другого человека. И я разрывалась между счастливым призывом все рассказать и чувством, словно меня загнали в угол.
— Кто он? — спросила она. — Вы недавно встречаетесь? И ты боишься сглазить?
— Возможно, я не знаю.
Она склонила голову.
— Это не… это не мужчина?
Я фыркнула.
— Джастин не сменил мою ориентацию, мама.
— Ну не знаю. Говорят, что женская сексуальность изменчива…
— Нет, мама. Это мужчина, ладно?
Мама быстро встала и схватила открытую бутылку, и я засмеялась, напряжение спало, когда она перелила вино для нас обоих.
— Продолжай, детка. Я не давлю, но я так долго ждала, чтобы услышать, что ты нашла кого-то, кто тебе нравится.
Я грустно улыбнулась этому.
— Я тоже.
— И?
— Он… он замечательный. — Не считая всю ту дребедень с попыткой убийства. — Он мне очень нравится, но да, но пока еще слишком рано, чтобы знать наверняка.
— Где вы познакомились?
— На… работе. — Вот черт. Время закругляться.
— В библиотеке?
— Вроде того. Он работает на город, убирает снег зимой, и занимается ландшафтным дизайном все остальное время. Я столкнулась с ним, когда он работал возле библиотеки. — Как вам такое? Все, правда. Возможно, был смысл, в стратегии Эрика — не договаривать всей правды.
Я наблюдала, как мама переваривала информацию, тщательно скрывая свое разочарование. Она не была снобом или что-то в этом роде, но я знала, что она бы желала для своей дочери спутника с более престижной работой. Возможно, она пыталась перефразировать эту профессию в своей голове, для разговоров со своими сестрами. Как она переименует озеленителя? Инженер по садоводству.
— Должно быть это здорово, — выдала она. — Работа, которая позволяет ему находиться на улице.
Я кивнула.
— В общем, его зовут Эрик и ему тридцать два. И он очень симпатичный и романтичный и замечательный. Но как я уже сказала, у нас все только началось, так что не вздумай рассылать приглашения на свадьбу или что-то подобное.
Она засмеялась и небрежно отмахнулась рукой.
— Я не в отчаянии, мне просто любопытно… И.
— Да?
— Этот молодой человек хорошо к тебе относится?
— Да, он правда… — Что хотела мама услышать? Конечно, что он не похож на парня, из-за которого я уехала. — Он джентльмен. — По крайней мере, со мной. Почти со всеми. — И терпеливый. И я еще ни разу не встречала парня, который бы так хорошо целовался. И он пишет мне любовные письма.
Любые переживания, которые она испытывала по поводу его профессии, растаяли в ее теплой улыбке. Она прикоснулась к моей руке.
— Он создает впечатления прекрасного человека. Скажи ему, что у него есть мое одобрение.
— Посмотрим. Я не стала бы, говорить, что он уже мой парень и все такое.
— А тебе бы этого хотелось?
Я нахмурилась.
— Я не знаю. Возможно. — Не считая того, что тогда это все станет реальностью, и мне придеться выложить родителям, что он сделал как раз в тоже время, когда меня избивал Джастин. Я пока сама еще не была уверенна в том, что я чувствую, поэтому поводу.
— Я надеюсь, он не из тех молодых людей, которые встречаются сразу с несколькими женщинами, — сказала мама раздражительно. Она определенно насмотрелась ток-шоу или начиталась газет, в которых рассказывалось о современных способах съема.
— Нет, я так не думаю. — Эрик был верным, если не сказать больше. Слишком верный, через чур, учитывая как далеко он зашел, отстаивая свою сестру. — Мы просто пока еще не говорили об этом. Ты знаешь меня, — сказала я, опуская взгляд. — Я теперь не тороплюсь. Но мне приятно, после столь долгого времени.
— А как он выглядит? — Ее глаза сузились, словно она собиралась мысленно скрестить наши ДНК с Эриком, и представить своего будущего внука.
— Он высокий. У него темные волосы и глаза.
— О…? — Господи, что означает этот звук? Хотя в нем не было страха, он был наполнен любопытством. Ей хотелось, знать, не связалась ли я с тем, кого моя бабушка назвала бы «экзотичным».