— Ты…? — снова, небольшие помехи на линии.
— Я что? — спросила я.
— Ты близко? Скажи мне, когда будешь близко.
— Сейчас. Я близко сейчас.
И по его поверхностному голосу, я поняла, что он присоединится ко мне.
— Хорошо. Продолжай представлять это.
— Ты все еще прикасаешься к себе? — спросила я.
— Да.
— Именно это я представляю сейчас. — Большой член, большая рука, темные глаза прикрыты, губы раздвинуты. — Быстро?
— Не слишком быстро. Пока ты не будешь готова.
Я замедлила его руку в своем воображении, двигая этим узким кулаком вверх и вниз роскошными мазками.
— Ты…
Он прервал меня.
— Черт. — И это не было заявлением мужчины, который испытывал оргазм. — Прости. Подожди. — Связь затихла на мгновение, а затем он вернулся. — Мне так ужасно жаль, Энни, но мне нужно идти.
— Что? Куда?
— Возможно, никуда. Но я должен ответить на звонок. Семейные проблемы. — Ах, должно быть перебои связи были из-за этого. Входящие звонки, которые он игнорировал.
— О, — сказала я, полностью опустошенная. — Все в порядке. Делай, что необходимо.
В его вздохе слышалось разочарование десяти заключенных.
— Мне правда жаль. Но может, ты прочитаешь мое письмо. Мы поговорим завтра, хорошо?
— Конечно. Надеюсь все в…
— С Рождеством, Энни, — сказал он, а затем пропал.
Я уставилась на телефон, на экране высвечивалась продолжительность звонка.
Я представила, что, возможно, на другом конце провода была его сестра. Этот дерзкий, злой голос, украл у меня Эрика. Мелочно думать так, после одной совместной недели, я не должна была ставить себя превыше его семьи…, но глубоко внутри, хотела этого.
Я немного взбила подушку под своей головой, раздраженная, кем бы ни был тот, кто испортил наше развлечение. Раздраженная сама на себя за то, что так много чувствовала. Хотя, как много прошло времени с момента, когда мужчина был мне настолько не безразличен, что я ревновала его? Я попыталась убедить себя, что это само по себе уже счастье.
Но ложь не подействовала.
* * *
Следующим утром я поднялась раньше, и, одолжив машину своей матери, направилась в торговый центр — хотя понимала, что народу будет много. Несомненно, на парковке творился хаос, все спешили поменять нежелательные подарки, и потратить подарочные сертификаты, тем самым создавая ажиотаж. Маленький седан моей мамы казался картингом по сравнению с моим фургоном, и я с легкостью пробиралась сквозь хаос. Вот только внутри самого торгового центра меня ожидала катастрофа.
Столкновение произошло через сотню миль и через час, среди всех прочих мест в отделе нижнего белья. В одно мгновение я разрываюсь между алым мягким бюстгальтером с открытыми чашечками и гранатовым пуш-опом, а в следующее я уже смотрю на своего бывшего парня.
— Ух ты, Энн. — Глаза Джастина были грязного орехового цвета при освещении магазина. Он казался… больше. И меньше. Больше чем он мне запомнился в двадцати двух летнем возрасте. И меньше, так как я очень привыкла к телу Эрика.
— Джастин.
С ним была девушка. Нашего возраста. Симпатичная блондинка. Немного большеголовая, но милая. Она переводила взгляд с него на меня, улыбаясь.
— Привет, — сказала я Джастину, теребя маленькие вешалки в руках.
— Давно не виделись, — сказал он, потом повернулся к своей… кем бы она ни была. — Джен, это Энн. Мы встречались в колледже, миллион лет назад.
— Привет, — сказала я, и пожала ее мягкую руку.
Джастину лениво пожелала.
— Счастливого Рождества.
— Разве здесь не безумно сегодня? — спросила Джен, слишком сильно пытаясь казаться хорошо воспитанной девушкой, которая встретила бывшую своего парня. — Но цены такие смешные. Я просто не могу пройти мимо.
— Да, — сказала я, внутри все тряслось от адреналина. — Смешные.
На ее руке висел набор пижам, и, подняв их, она произнесла:
— Я пойду примерю их. Извините меня, — добавила она с улыбкой, направляясь к примерочным.
— Вау, — сказал Джастин, когда она ушла. — Приехала навестить родителей?
— Ага. — Я развернулась обратно к стойке, притворившись, будто ищу подходящий размер из выстроившихся в ряд бюстгальтеров. Тревога нахлынула, горячая и пугающая, смешиваясь с гневом, пока не расплавила меня. Я всегда знала, что что-нибудь почувствую, снова столкнувшись с этим парнем…, но это было нечто другое. Это был вулкан. Язвительное бедствие в моем теле.
— Она кажется очень милой, — предложила я, мое алое лицо могло конкурировать с декорациями магазина.
— Да, она замечательная.
— Замечательная. Я рада… попытайся не напиться и не выбить все дерьмо из нее. — Я замерла, но содрогалась от дрожи, и мой взгляд остановился на нем. Я не знала, кто из нас был больше шокирован моими словами. Я ударила саму же себя этими словами. Вся эта ненависть, которая прорвалась сквозь меня.