- Прости, Эрни, но мне необходимо подтянуться по многим предметам, не то я возненавижу сама себя, - ответила девушка.
- Могу я помочь тебе хотя бы расставить книги?
- О, только если обещаешь не ронять их.
- Только если и ты не будешь этого делать.
Гермиона закатила глаза и тряхнула головой.
- Ты издеваешься, - рассмеялась она, - тогда это было случайностью.
- А могу я сделать кое-что намеренно?
- Уговорить оставить за собой беспорядок?
- Ммм, нет.
Эрни подошёл совсем близко, и рука его потянулась к волосам Гермионы. В этот момент в стороне лязгнула решётка запретной секции, и, повернувшись на звук, приятели увидели преподавателя Защиты от Тёмных Искусств. Девушка отскочила от парня и поспешила к оставшимся книгам. Звук шагов учителя отдавался где-то внутри.
Люциус Малфой дошёл до того места, где стояли молодые люди, и остановился.
- Мисс Грейнджер, - обратился он ледяным тоном, - я поражаюсь, насколько вы уверены в своих знаниях, если позволяете себе беспричинно пропускать занятия и использовать библиотеку не по назначению.
Гермиона стояла как вкопанная и не могла проронить ни слова. Малфой молча прошествовал прочь.
Дни до урока по Защите от Тёмных Искусств летели с неумолимой скоростью. Гермиона знала, что если снова не пойти, то будет только хуже. Уже будет не отмахнуться от беспокойства друзей, и скорее всего её будет ждать разговор с деканом или, что ещё хуже, вызов к директору.
Занятие прошло отвратительно. Мистер Малфой читал лекцию, то и дело делая замечания ученикам по поводу и без. Он снял пять очков с Хаффлпаффа за то, что Ханна Аббот посмотрела в окно, а затем – пять очков с Гриффиндора за то, что Дин Томас поднял с пола случайно выпавшее из рук перо. Он был хмур и во время лекции совершенно не беспокоился о том, успевают ли ученики что-либо законспектировать. От объёма домашнего задания хотелось просто выть.
Конечно, о дополнительных занятиях речи не шло, но после того, как Гермиона узнала, что Эрни получил «слабо» за домашнее задание по Защите от Тёмных Искусств, она не могла оставить всё как есть. Она хотела высказать всё, что думает о методах преподавания Люциуса Малфоя, а ещё – пригрозить, что расскажет директору о его вопиющем нарушении школьной этики, если он не прекратит её преследовать.
С этой целью во время занятий по прорицаниям она направилась к кабинету Защиты от Тёмных Искусств. Отгоняя от себя страх, тугим комком подбирающийся к горлу, молодая волшебница выпрямилась, и, набравшись храбрости, постучала в дверь. Рука крепко сжимала палочку.
Из-за двери будничным тоном ей позволили войти, и через мгновение Гермиона стояла в классе. Пустые парты были расставлены рядами, и лишь за преподавательским столом, заваленным горой свитков, сидел злополучный волшебник, погружённый в чтение.
Люциус Малфой, видимо, был настолько заинтересован текстом, что даже не поднял голову на вошедшую. Лицо его не выражало высокомерия или издёвки, и девушка растеряла было запал, но всё же упрямо вздёрнула подбородок и уверенно прошла к учительскому столу. Лишь когда до него оставалось несколько шагов, учитель поднял на ней свой взгляд, и глаза тут же вспыхнули ненавистью.
- Мисс Грейнджер, - зло констатировал мистер Малфой. Волшебник вскочил со стула, отбросив его в сторону. – Снизошли до того, чтобы найти своё бесценное время и посетить занятие. Напрасно, я отменил вам дополнительные посещения.
- Мне необходимо поговорить с вами, мистер Малфой. Я считаю, что вы предвзято относитесь ко мне и моим друзьям, и хочу положить этому конец, - Гермиона всё же побоялась сходу угрожать этому страшному человеку, но, пока решимость не растаяла, необходимо было решить проблему.
- Предвзято? – усмехнулся преподаватель, и губы его искривились. – Самая умная и выдающаяся волшебница своего поколения растрачивает свои незаурядные способности на соблазнение мальчишек вместо того, чтобы блистать в учёбе.
- Да как вы смеете! – Гермиона чуть не задохнулась от возмущения.
В порыве гнева волшебница вытянула палочку и бросила в ненавистного Малфоя молнию, которую в этот раз он не успел отвести. Заклинание, казалось, ни причинило волшебнику никакого вреда, лишь рукав сюртука слегка задымился.