- Ты моя подруга! – почти воскликнула Джинни. – А ты, Гарри, как ты мог?
- Я тут вообще ни при чём, - нахмурился парень, не отрываясь от газеты, - это их дела, я люблю их обоих и совершенно не хочу перетягивать канат на чью-либо сторону.
- Ну, хватит! - не выдержала Гермиона, громко захлопнул книгу. - Я знаю, что ты желаешь только добра, Джинни, но я правда не в состоянии сейчас обсуждать эту тему. Я ничего не хотела от тебя скрывать, но так вышло, и мне совершенно не хотелось делать наши с Роном проблемы достоянием всей Норы. Ты прекрасно знаешь, что я люблю тебя и дорожу нашей дружбой, но, пожалуйста, попытайся меня понять.
Джинни поджала губы, но взгляд её смягчился.
- Прости, - выдавила она. – Я действительно за тебя переживаю.
Предательские слёзы наворачивались на глаза Гермионы, и потому она перевела взгляд, будто бы с интересом разглядывая пейзажи за окном. Вся эта история с Роном глубоко ранила её сердце, но ещё горше было понимать, что теперь она лишилась и единственного дома, которым после войны стала для девушки Нора, а после окончания обучения ей предстоит в одиночку обустраивать свою жизнь.
Невесёлые мысли прервал звук открывающейся двери.
- Привет, - поздоровался со всеми Эрни Макмиллан, их светловолосый приятель из Хаффлпаффа. Вид у него был слегка помятый. - Вы не видели Джастина с Ханной? Я чуть не опоздал на поезд, поэтому не успел отыскать их в толпе.
- Давно не виделись, Эрни, - улыбнулся Гарри. – Если честно, мы и сами то как всегда – поспели в последний момент, а купе нам любезно уступили третьекурсники из Райвенкло. В этом году, пожалуй, учеников чересчур много, так что не удивительно, что ты их не можешь найти. Может быть, присоединишься к нам?
- Почему нет, - легко согласился парень, быстро закинув на полку свой чемодан, после чего присел рядом с Гермионой. – Эти двое, наверное, устроились где-нибудь со своими бесконечными объятьями. Они мне всё лето писали друг про друга, представляете? Я так устал от всех этих нежных подробностей. О, кстати, а почему вас трое? Где Рон?
Гермиона возвела очи горе, брови Джинни нервно задвигались, а Гарри нервно сглотнул, виновато улыбнулся и неуверенно ответил:
- Знаешь, это долгая история…
- Ты лучше скажи, - быстро вставила Джинни, - известно ли что-нибудь о новом преподавателе Защиты от Тёмных Искусств? Снова какая-то тайна, покрытая мраком, но количество учебников не обещает ничего хорошего.
- Я слышал, что министерство должно прислать Дерика Фостера, довольно опытного аврора, который всё лето занимался поисками притаившихся последователей Сами-Знаете-Кого.
- А мистер Уизли говорил, что мистер Фостер назначен на операцию по выявлению беглых оборотней, которые залегли на дно после битвы за Хогвартс, - прокомментировала Гермиона. Она была рада перевести тему разговора и даже не поморщилась, раскрывая информацию, добытую Джорджем не совсем честным путём с помощью удлинителей ушей.
После самых невероятных предположений относительно личности нового профессора Защиты от Тёмных Искусств купе посетила продавщица сладостей, и друзья по старой доброй традиции основательно закупились тыквенным печеньем и шоколадными лягушками.
До Хогвартса добрались без происшествий.
При виде с детства знакомых стен замка на этот раз Гермиона подумала, что теперь она как никогда понимает Гарри, который из года в год не хотел отсюда уезжать. Учебный год ещё не успел начаться, а мысли о том, что в следующем году придётся расстаться со Школой Магии и Волшебства, создавали внутри звенящую и давящую пустоту. Взяв себя в руки, молодая волшебница последовала за друзьями, и очень скоро они оказались в восстановленном большом зале, чей заколдованный потолок был усыпан бесчисленным количеством мерцающих звёзд.
- Я читала, что защитных заклятий после восстановления наложили в десять раз больше, чем было здесь до войны, - услышала Гермиона третьекурсницу с Гриффиндора, которая внезапно напомнила ей саму себя несколько лет назад.
- Ещё бы, самые богатые в стране волшебники наперебой отправляли свои золотые галлеоны на восстановление замка, - отозвалась собеседница начитанной девочки.