На щеках англичанина затвердели желваки, а глаза превратились в два куска льда.
- Ты думаешь, меня волнует чужое мнение? – процедил он сквозь зубы.
- Они не дадут нам быть вместе…
- Я никому не скажу, кто ты.
- Мое происхождение очевидно, да и безродная бродяжка ничем не лучше испанской доньи, - обреченно проговорила я.
- Ты ведешь себя как ребенок, - вспылил мужчина, - Думаешь, что избавишься от дона Леандро и все? Отец найдет тебе нового жениха, и твое бегство из-под венца никогда не кончится. Я уйду, и больше никто не поможет тебе.
Неожиданно меня рассердил тот факт, что он считает меня беспомощной.
- Уходи, Роберто! Мне больше не нужна твоя помощь, - гордо вскинув голову, отчеканила я, - Я сама убью дона Леандро. Он умрет, а я останусь женой дона Дельгадо, и когда старика не станет, я буду его вдовой. Богатой вдовой. Больше никто не посмеет навязывать мне свое мнение, я буду свободна.
- Это то, чего ты хочешь? – прорычал он. – Освободиться от мужчин?
Ответить я не успела. В тишине раздался скрежет поворачиваемого в замке ключа и бормотание проснувшегося охранника.
Я застыла. Роберт в отличие от меня сразу оценил ситуацию, протягивая закованные запястья. Опомнившись, я дрожащими руками открыла кандалы, и в тот самый момент, когда они со звоном упали на пол, дверь резко распахнулась.
- Дьявол… - успел выругаться охранник, прежде чем Роберт втянул его в амбар. Два молниеносных удара и мужчина рухнул на пол без сознания. Я невольно вскрикнула. А Роберт уже деловито связывал бывшего стража, с таким видом будто занимался этим каждый день. Его уверенность придала мне сил. Взлетев на чердак, я принесла приготовленные вещи и протянула их англичанину. Мы оба молчали, пока он торопливо одевался, но я чувствовала его ярость кожей, словно она превратилась в живое существо и прикасалась ко мне, вызывая нервную дрожь. Я запретила себе думать о причинах его злости, о своих реакциях на его слова, о сожалениях, которые неминуемо настигнут меня после, я все отбросила, оставив одну цель – помочь Роберту сбежать. Иного шанса просто не будет. И я приступила к ее воплощению.
Мы покинули амбар, заперев бездыханного пленника, и осторожно пробрались к конюшне. Внезапно со стороны гасиенды донесся топот копыт и возбужденные крики людей. На мгновение меня охватила паника. Это ловушка? Дон Леандро все-таки раскрыл мои планы?
Только не сейчас, - мысленно заклинала я, притаившись в кустах позади Роберта, - не сейчас.
Медленно текли минуты. Одно за другим в гасиенде загорались окна, голоса звучали громче, среди них я различила женский плач и причитания, но никто так и не двинулся в нашу сторону. Я нахмурилась, размышляя, что могло случиться? Но тут же вновь переключилась на свою миссию, которой неведомый переполох был только на руку.
Я настойчиво втянула Роберта в конюшню и вывела из стойла Мастера, одного из жеребцов отца. Взлетев в седло, я пустила чалого рысью к северной стене, где располагалась калитка, ведущая к виноградникам. Роберт, сидевший позади меня, был напряжен и по-прежнему молчалив.
Когда мы оказались за стеной, я вздохнула с облегчением, только сейчас понимая насколько переживала всю дорогу, прислушиваясь к каждому шороху.
- Как только доберешься до города, бросишь коня. Священник верхом выглядит подозрительно, - торопливо инструктировала я, спешиваясь. Роберт спрыгнул с коня вслед за мной. – В Картахене в порту стоит «Септимус», через два дня он оправляется во Францию, я приготовила достаточно денег, чтобы смог добраться до…
Я замолчала, потому что он резко развернул меня к себе и с силой встряхнул за плечи.
- Елена, последний раз прошу тебя, поехали со мной, - прорычал мне в лицо Роберт.
Я опустила глаза, стараясь скрыть слезы.
- Не могу.
- Ты же тоже любишь меня, я чувствую это! – воскликнул он, захватывая ладонями мое лицо и не давая отвернуться.
- Меня будут искать, у одного тебя больше шансов, - я готова была говорить что угодно, лишь бы он отпустил меня. От боли, сжавшей грудь невидимыми когтями, было трудно дышать.
- Разве только в этом причина?
– У нас нет будущего, Роберто. Возвращайся домой к своей невесте.
- Елена!
- Я не могу связать свою жизнь с англичанином, - я резко оборвала его, - бросить все, что мне дорого, предать свою веру. Я не пойду с тобой, а ты забудешь меня и свой плен, как страшный сон. Прощай, Роберт.