Чем больше я думаю, тем сильнее тяжелеют веки. Майклу я тоже обо всём расскажу, только позже — мой собственный котёл перестаёт варить, изрядно утомившись. Его умеренное дыхание — моя колыбельная, путеводитель в царство грёз. Я уютнее устраиваюсь на его груди и переплетаюсь с ним ногами, позволяя безмятежному сну одолеть меня.
Пробуждаюсь, когда на улице уже во всю кипит жизнь. Дети за окном пищат и резвятся, небо разогнало облака и окрасилось в насыщено голубой оттенок, впуская в комнату солнце. Я в панике лезу за телефоном в задний карман шорт, дабы узнать время, однако узнаю лишь то, что он разряжен. Вот же гадство!
Только вскочив с кровати, я осознаю, что Майкла рядом нет. Он куда-то ушёл, предварительно укрыв меня ещё одним тёплым пледом, то ли проявляя заботу, то ли преследуя цель сварить заживо.
Я выбегаю из комнаты, озираясь по сторонам в поисках хоть одной живой души и вдруг слышу со стороны кухни какую-то неразборчивую возню. Придя на звук, я вижу облокотившегося о столешницу Буратино: он мирно потягивает чай из кружки, помешивая в нём сахар.
— Ну, как спалось на новом месте? — спрашивает Майкл с присущей ему расслабленностью.
— Который сейчас час? — игнорирую я его вопрос.
— Пол третьего, кажется, а что?
Чёрт, неужели я проспала так долго? Обычно днём я сплю всего час, максимум полтора, а сегодня меня почему-то сморило на два с половиной.
— Прости, но мне нужно идти, — я быстро ретируюсь в коридор, спешно натягивая на ноги конверсы. Мне нужно скорее попасть домой, зарядить телефон и встретиться с Рией. Должно быть, она потеряла меня, ведь я ничего не писала ей ещё со вчерашнего вечера.
У самого выхода меня окликает Майкл:
— Иви, подожди!
Я оборачиваюсь, держась за ручку входной двери.
— Да?
Он беспокойно заламывает пальцы рук, разглядывая расщелины в досках у себя под ногами, будто собираясь с мыслями.
— Знаешь, в последнее время я всё чаще стал ловить себя на мыслях о тебе. Это происходит в любое время дня и ночи, в самые ужасные моменты и самые обычные. Когда мы не видимся, я считаю минуты до нашей встречи, потому что скучаю, а когда мы расходимся, то на душе становится как-то пусто. Мне совершенно неважно одета ты как модель или как домашняя мышка, потому что отвести от тебя взгляд сложно при любом внешнем виде. Когда ты рядом мне… спокойно. Хочется постоянно шутить и смеяться. А когда тебя нет я будто лишаюсь чего-то важного. Если честно, я не очень силён в таких речах и, наверное, сейчас выгляжу, как полный дурак, но мне тяжело правильно формулировать свои мысли. Я никогда раньше не влюблялся и понятия не имею, что испытывают люди, когда любят кого-то, но если всё, что я тебе сказал, хоть немного подходит под описание этого чувства, то я люблю тебя, Иви.
Я стою, как завороженная, не веря в услышанное. По телу проходит разряд тока — от него, его слов. Мне впервые признались в любви. Он признался мне в любви. Он, который постоянно смущает меня до смерти. Он, который порой выдаёт такой абсурд, что хочется ударить себя по лбу и покрутить пальцем у виска. Он, который должен быть врагом номер один, но который сумел пустить корни в самую глубь моей души.
Я делаю шаг ему на встречу, смаргивая выступившие слёзы. Мои губы мягко касаются его щеки и кажется, что в этот миг планета перестаёт вращаться вокруг своей оси и останавливается, чтобы понаблюдать за нами. Я заглядываю ему в глаза, улыбаясь так счастливо, как никогда прежде. По этой улыбке можно с лёгкостью догадаться, какие яркие фейерверки взрываются у меня внутри.
Я медленно, не переставая довольно улыбаться, отступаю от него, двигаясь спиной по направлению к двери. Ни на секунду не выпуская из поля зрения его сияющее удовлетворением лицо. Он зачаровано дотрагивается до своей щеки в том месте, куда я чмокнула его и выглядит так, словно сейчас лопнет от радости. Словно его поцеловала не я, а спустившийся с небес ангел.
Я дёргаю за ручку двери и выпархиваю из его квартиры, подобно случайно залетевшей птичке. Несусь по лестнице и не могу заставить себя прекратить идиотски хихикать. Иду по улице чуть ли не в припрыжку, из-за ощущения крыльев за спиной и прохожие бросают на меня косые взгляды. Но мне впервые всё равно на них. Всё равно, что они обо мне подумают. Всё равно, что скажут. Ведь самые важные слова я уже услышала: «Я люблю тебя, Иви».
***
«Папа попал в аварию, Иви».