Мысленно даю себе оплеуху за то, что на секунду обрадовалась утечки её воспоминаний.
«Давай встретимся сегодня в парке?» — предлагаю я.
«Прости, крошка, но я пас. Сегодня в моих планах лежать в кроватке и отдыхать».
Я поджимаю губы, понимая, что признание придётся отложить до завтра. Возможность рассказать ей правду в переписке я даже не рассматриваю. Она заслуживает узнать об этом в живую, глядя мне в глаза.
Общаясь с Рией, я вдруг вспоминаю её же слова, произнесённые до входа в клуб: «Иногда просто необходимо брать всё в свои руки, если не хочешь потом сидеть, забившись в угол, и ненавидеть человека, который, с большой вероятностью, даже не подозревает о том, что тебя в нём что-то не устраивает. Твоя мама не умеет читать мысли, Иви, и никто не умеет. Хочешь, чтобы в ваших отношениях царил покой? Значит, прояви инициативу, а не жди её прозрения. Потому что иначе успеешь состариться».
Я думаю о том, что не заслуживаю от неё таких дельных советов, что не достойна и капли той мудрости, какую она в них влила. И всё же я пообещала самой себе переступить через гордость и принципы, а значит сделаю это.
Засунув ноги в розовые меховые тапочки в виде котиков, шаркаю до комнаты мамы, предварительно стучась.
— Что, уже вспомнила? – без особого выражения спрашивает она из недр кухни.
— Я по другому поводу, — отвечаю, садясь напротив неё за столом. От волнения меня охватывает лёгкая дрожь.
Мама отпивает кофе из своей кружки, не выглядя заинтересовано. Похоже, сегодня она встала не с той ноги.
— И по какому же?
— Мне нужно с тобой серьёзно поговорить, — поднимаю на неё голову, игнорируя боль, которую таблетка до сих пор не устранила и концентрируясь только на словах. Вот теперь в её глазах загорается интерес. Она устремляет на меня всё своё внимание, и я неуютно ёрзаю на стуле. — Это касается твоей зацикленности на экзаменах и легкомысленном, даже скорее, наплевательском отношении к моей жизни.
Брови мамы удивлённо ползут наверх.
— Наплевательском отношении к твоей жизни? – переспрашивает она, думая, что ослышалась. — Почему ты так считаешь?
Какой глупый вопрос.
— Потому что ещё со времён девятого класса я не слышала от тебя ни одного вопроса, касающегося меня и моей личной жизни. Единственное, что тебя всегда интересовало, это готовлюсь ли я к экзамену, как у меня оценки в школе и на сколько я пишу пробные. Даже когда мы не виделись целый месяц из-за твоего отъезда к тёте Мирай, первое, что я услышала, едва ты вошла в дом, был вопрос про школу, а не… — на глаза наворачиваются слёзы, голос вибрирует, и мне приходиться собрать в кулак последние крупицы мужества, чтобы продолжить речь без запинки: — а не про моё здоровье или дела.
Мама смотрит на меня, сжав губы в тонкую линию. На её лице застывает маска отстранённости, и я не могу понять, о чём она сейчас размышляет.
— Ты поэтому так отдалилась? — её вопрос разрезает установившуюся между нами тишину.
— При таком раскладе невозможно было не отдалиться.
— Но я ведь периодически интересовалась как у тебя дела! – негодующе выкрикивает мама.
Устало вздыхаю.
— Не путай, пожалуйста, обычную формальность с искренним интересом, — кровь в жилах начинает закипать. – К тому же, после того, как я рассказывала тебе о своих делах ты просто молча кивала или отстреливалась тупым «понятно».
— А что ещё я могла сказать? – искренне не понимает она. – Нет, ты такая интересная, конечно! Нагоняешь на меня ни за что, ещё и считаешь себя правой! Просто уму не постижимо! А называешь себя взрослой! Взрослые бы такой чуши не несли.
Мама раздражённо поднимается с места, а я не предпринимаю никаких попыток, чтобы её остановить. Мне становится так обидно от услышанного. До жути. Хочется обнять себя за колени и разреветься крокодильими слезами. «Взрослые бы такой чуши не несли», — вот как она называет мои переживания, вот, чем она их считает. Чушью. Белибердой. Полнейшей несусветицей.
Что ж, по крайней мере, я проявила инициативу. Сделала первый шаг. А делать ли остальные девять решать уже не мне.
***
Рия успешно исполняла свой план, состоящий из двух простетских пунктов: лежать и отдыхать, параллельно просматривая скучные новости в Интернете. Потеря воспоминаний её совершенно не заботила, более того, она спускала всё на самотёк, приговаривая: «Как забылось, так и вспомнится. А даже если не вспомнится, то и чёрт с ним». Девушка предпочитала думать, что такие провалы в памяти означают очень хорошо проведённое время и не нуждалась в большей конкретике.