В комнату бесцеремонно вошла Астория, важным голосом объявляя:
— Завтра в шесть часов вечера к нам на ужин придёт Руперт. Он хочет познакомиться с тобой, так что оденься поприличнее и веди себя достойно, а не как капризная девчонка.
Рия едва не подавилась воздухом.
— Ты же сейчас шутишь, да? – она широко распахнула глаза, надеясь, что мама просто перепутала сегодняшнюю дату с первым апреля, но после отрицательного кивка эта надежда затухла быстрее, чем зажжённая спичка под струями дождя. – НЕТ! Я не подпишусь на это даже под дулом пистолета!
— Это всего лишь ужин, Рия, — Астория нахмурила брови, не одобряя реакции дочери.
— Какой на хрен ужин, мама?! – девушка подорвалась с кровати, разрываясь от злости и возмущения. – Ты прекрасно знаешь, как я ненавижу твоего нового хахаля и всё равно насильно заставляешь меня идти с ним на контакт!
— Тебе в любом случае придётся с ним контактировать. Рано или поздно, — тон женщины холоднее льда. — И тебе нужно смириться с тем фактом, что у меня другой мужчина.
— Я не собираюсь ни с чем мириться, — сквозь зубы процедила Рия, испытывая острое желание вмазать матери по лицу. В эту секунду она ненавидела её больше, чем кого бы то ни было.
— Завтра ты будешь присутствовать на ужине и это не обсуждается, — строго сказала Астория, морща лоб.
Девушка пилила её глазами долгие две минуты, после чего подошла к шкафу и стала наобум вытаскивать из него уличную одежду.
— И куда ты собралась? – женщина удивлённо следила за действиями взбешённой Рии, сложа руки на груди.
— Я не собираюсь оставаться в доме, где моё мнение считают грязью и смешивают его с дерьмом, — она быстро стянула с себя пижаму, в которую переоделась после душа, надела джинсы и лёгкую футболку. Плевать, если на улице будет слишком холодно для такого прикида, плевать. Главное – свалить отсюда как можно быстрее.
— А ну вернись! – крикнула мама, когда Рия пронеслась мимо неё со школьным рюкзаком в руках. – Прекрати устраивать мне концерты, слышишь? Я не нанималась быть их зрителем!
— А я не нанималась сидеть под одной крышей с твоим грёбаным Срупертом и делать вид, что всё нормально! – орёт девушка, пытаясь потуже завязать шнурки трясущимися от гнева пальцами. – Но раз мои желания здесь не учитываются, то и свои ты можешь заснуть глубоко в задницу.
— Господи, в наказание за что ты послал мне такую дочь? – Астория подняла глаза к потолку, строя страдальческое выражение лица.
— О, я тоже каждый день задаю ему этот вопрос, только он касается тебя! — рявкнула Рия, собираясь выскочить из квартиры, но мама перехватила её за руку, больно стискивая запястье.
— Маленькая мерзавка! Я сказала ты никуда не пойдешь! – от истерического крика женщины заложило уши. – Ты остаёшься здесь и присутствуешь завтра на ужине и не дай Бог я услышу, что ты ляпнула в его сторону какое-то непотребство – прикончу на месте и глазом не моргну. Ты поняла меня?
Не помня себя от злости, Рия вырвала руку из чужой хватки и залепила матери хлёсткую пощёчину. Ладонь тут же начала гореть. Астория схватилась за щеку, отшатываясь в сторону от силы удара, а девушка, впервые испугавшись своего же условного рефлекса, замерла на месте.
— Желаю вам вкусной трапезы и целую надежду на то, что Руперт чем-нибудь подавится.
С этими словами она выбежала из квартиры, не оглядываясь и не останавливаясь.
— РИЯ! – разъярённо летело ей вслед, но девушка продолжала перескакивать через ступеньки, крепко держась за перила.
На воздух. Рие срочно нужно на воздух. Она потеряет сознание, если ещё хоть одну секунду пробудет в этом треклятом подъезде.
Улица встретила её вечерней прохладой. Ветер поднял ввысь копну не расчёсанных светлых волос и погладил по раскрасневшемуся лицу. Девушка не понимала, чем заслужила все эти страдания. Сначала развод родителей, потом отъезд любимого отца, затем мама, поставившая перед фактом того, что они переедут жить к другому мужчине с двумя сыновьями. Может, это расплата за грубость? Или паршивый характер? Но ведь в мире существуют куда более гнилые люди, так почему судьба решила оторваться именно на ней?
Сколько бы Рия не пряталась за маской беззаботности, её очень пугал этот переезд. Она ведь совсем ничего не знала ни про сыновей Руперта, ни про него самого, чтобы чувствовать себя хотя бы в относительной безопасности. Про комфорт даже речи не шло. Вдруг кто-то один из его отпрысков окажется извращенцем и изнасилует её, пока дома никого не будет? Или всё будет намного хуже, и извращенцами окажутся оба. Девушку душили подобные мысли, но она не могла выскоблить их из головы, не могла заткнуть пробкой и спокойно выдохнуть. Рие очень хотелось верить, что это обычная паранойя. Только так она держалась на плаву. Только так спасала себя от падения в бездну кошмаров.