— Надеешься меня разжалобить? – опасно оскалился Руперт. – Я совершил ошибку, когда согласился на второго ребёнка: если бы не ты, то она была бы жива. Хочешь услышать от меня правду? Я бы предпочёл, чтобы твоё имя было выгравировано на надгробной плите, а не её.
Майкл с размаху ударил отца в нос, а дальше всё происходило как в тумане: сумасшедший вопль Теранса, сильные руки, оттаскивающие его подальше от отца, какие-то проклятия.
— Майкл? Майкл, ты меня слышишь? – знакомый голос эхом отскочил от стен сознания, возвращая парня в реальность.
Сколько времени прошло?
— Слышу, — безэмоционально отозвался он, обводя беглым взглядом собственную комнату, ставшей ему тюремной камерой.
Как он здесь оказался?
— Ты плачешь, — неловко заметил старший брат, переминаясь с ноги на ногу.
Эрни-младший дотронулся пальцами до одной из своих щёк: она и впрямь оказалась мокрой. Майкл искренне удивился этому явлению. Надо же. Он считал, что выплакал все слёзы ещё будучи маленьким мальчиком, когда в одиночестве сидел в кладовке, кишащей жуткими монстрами и чудовищами. Отец всегда гнобил его за это. Твердил, что мужчины не плачут. Но истина крылась в другом: плакать вольны все, кто в этом нуждается. Потому что эмоции не зависят от пола – они зависят от нас.
— Хочешь чего-нибудь? Я могу принести… — осторожно заговорил Теранс, беспокоясь о состоянии брата.
Майкл горько ухмыльнулся и отрицательно мотнул головой. Чего он хотел?
Навсегда уйти отсюда.
Стереть воспоминания о детстве, чтобы кошмары больше не преследовали его.
Дойти пешком до Бруклина, к двоюродному брату Нолану, с которым они периодически раз в месяц созванивались.
Исчезнуть.
Глава 13
— Он меня отшил, Иви, ты представляешь? Меня! Умницу, красавицу, отличницу! Да в Древнем Риме за мою руку уже гладиаторские бои бы устроили, а этот задохлик дал мне отворот-поворот с таким лицом, словно такие шикарные девушки, как я ему каждый день пишут с предложением познакомиться! — выказывает своё негодования Рия, активно жестикулируя руками. Приходится пристально следить за каждым взмахом её кисти, чтобы случайно не получить по носу.
— Ты ведь понимаешь, что не можешь нравиться абсолютно всем? – спрашиваю я и почему-то невольно задаюсь вопросом: интересно, а Теранс до сих пор влюблён в неё?
Вчера мне посчастливилось познакомиться с ним лично и, честно, я ещё не встречала юноши, который был бы очаровательнее него.
— Привет, Иви, я очень рад наконец познакомиться с тобой лично, — клянусь, от тёплой улыбки Теранса в Антарктиде только что растаял один гигантский ледник.
— Привет, я тоже очень рада, — я вернула ему улыбку, стараясь пялится менее откровенно. Он был чертовски похож на Майкла, но вместе с тем сильно от него отличался. Его черты лица вышли более мягкими и миловидными, словно пятнадцатилетнего мальчика по ошибке запихнули в тело взрослого парня. Большие карие глаза только добавляли его внешности «детскости»: он был похож на плюшевого медвежонка, с которым обычно спят малыши.
— Майкл много про тебя рассказывал. Хорошего, в смысле, — неловко добавил он после небольшой паузы, рассматривая меня с тем же праведным любопытством.
— Да? – я бросаю весёлый взгляд на его младшего брата. – И что же такого он рассказывал?
— Мне кажется вы заболтались, ребята, — вдруг разволновался Майкл, подходя к нам ближе. – Работа сама себя не сделает, верно? Бегом в комнату!
Он скрылся за одним из поворотов первее всех, и мы с Терансом заискивающе переглянулись.
— Ты ведь расскажешь мне? – спросила я шёпотом.
— Я не совсем уверен, что после этого он не открутит мне голову, — ответил он, тихо засмеявшись со мной в унисон.
От ожившего в памяти воспоминания я едва не хихикаю вслух. Не то чтобы я отлично разбираюсь в людях, но Теранс кажется мне хорошим, добрым и милым. Он производит впечатление человека, который кормит бездомных животных, пьёт какао с зефирками, играет на акустической гитаре и часами проводит в комнате за учебниками. Странный набор характеристик, однако именно эти действия приходят на ум при упоминании его имени.
Очень жаль, что Рия отмела кандидатуру Теранса так скоро. Если бы она дала ему время раскрыться, показать себя во всей красе… вряд ли бы смогла устоять.
— Конечно, понимаю. Не всем же от природы дан хороший вкус, — невозмутимо откликается подруга, разглядывая свой свежий маникюр винного цвета.
Рия всё никак не может отойти от вчерашнего инцидента. Она наткнулась на страничку какого-то парня и решила написать ему с предложением о знакомстве, только вместо заветного «да, конечно, давай» получила «мне не нравятся блондинки, прости».