«Ну, как прошёл ваш разговор?»
«Нормально».
«Всё-таки будете общаться на расстоянии?» — продолжает она вытягивать из меня слова.
«Да», — по-прежнему не горю желанием распинаться я.
«А твоя мама вообще в курсе, что ты с её бывшим общаешься или ты ей не говорила?»
Её корявая формулировка заставляет меня нахмурить брови.
«Рия, он мой папа, а не просто чей-то бывший. И да, мама в курсе».
«С таким папенькой как у тебя ему иной статус и не подберёшь, хахаха».
«Пожалуйста, перестань над ним глумиться. Мне неприятно читать это», — стараюсь оставаться вежливой, хотя грубость выпрашивается наружу.
«Ладно, прости, я не хотела тебя задеть. Так, как отреагировала мама, когда узнала?» — тут же признаёт ошибку подруга, вызывая у меня слабую улыбку.
«Плохо. Мы поссорились».
«Сильно?»
«Настолько сильно, что я не могу предположить, спустя сколько времени дом вновь очнётся от звука её голоса», — прямо говорю я, испытывая горечь.
Пару минут Рия молчит, сидя в онлайне.
«Ты в порядке?»
Я нервно усмехаюсь.
«После такого нельзя быть в порядке».
«Я думаю, она скоро придёт в себя, и вы нормально поговорите. Такие проблемы нельзя выяснять на эмоциях, они требуют более трезвого подхода», — вдруг заявляет Рия, которая все проблемы привыкла выяснять на эмоциях.
«Забавно, что это говоришь мне ты)».
«Пффф, я тут её поддерживаю, из кожи вон лезу, а ей, понимаете ли, забавно», — возбухает она, веселя меня ещё больше. — «А не пойти ли вам, мисс Мораис, кобыле в трещину со своими забавами?»
Я зажимаю рот ладонью, чтобы подавить приступ смеха. Общение с Рией помогает мне ненадолго отвлечься от мучительной тяжести в груди.
«Она — твои лёгкие, а ты — бельмо на её глазу», — укоризненно замечает внутренний голос, превращая веселье в уныние. Может, в её жизни наконец появился просвет, и я смогу во всём признаться? Но сначала нужно убедиться, что всё действительно хорошо...
«Прошу прощения, мисс Бартли за то, что показалась вам грубой. Могу я узнать, как обстоят дела в вашей личной жизни?» — специально подстраиваюсь я под её стиль общения.
«На букву Х».
«Хорошо?»
«Хреново».
Я поджимаю губы. Чёрт, неужели опять придётся всё отложить на неопределённый срок?
«Что случилось?»
«Я поругалась с мамой».
Пальцы до треска сжимают корпус телефона. Ладно. Ничего страшного ведь не произойдёт, если я подожду ещё немного? Совсем чуть-чуть.
«Почему?»
«Она хотела, чтобы я называла Сруперта папой, когда они съедутся! Это вообще адекватно? При живом любимом отце называть другого мужика папой! Она точно слетела с катушек, Иви. Я уже не могу жить с ней. Я мечтаю скорее съехать и разорвать с ней все связи. Мне проще сделать вид, что мы друг другу никто, чем продолжать общаться».
Пару секунд я не могу поверить в то, что прочитала. Я ведь столько лет знаю Асторию, столько раз общалась с ней лично, неужели она в самом деле могла такое сказать? Любовь затуманила ей рассудок или она умело прятала в тени свою безумную сторону?
«Не горячись так. Да, просить тебя о подобном дикость, но ведь она всё ещё твоя мама и вот так отворачиваться от неё по щелчку пальца как-то… не очень. Просто дай ей ещё один шанс на исправление. Поговори, попробуй достучаться. Возможно, в ней ещё осталась крупица адекватности и её всего лишь нужно тщательнее поискать», — я с большим уважением и любовью отношусь к Астории, поэтому считаю своим долгом заставить Рию смягчить вынесенный ей выше приговор.
«Да она не пробиваемая! Как мне достучаться до той, кто сделан из бетона? И все шансы, которые я ей давала, она благополучно просрала, поэтому пусть теперь пеняет на себя», — упирается рогом подруга.
«Прошу, Рия, дай ей последний шанс, ради меня», — принимаю тактику давления на жалость, зная, что она точно сработает. Всегда работала.
«Тебе-то это зачем?»
«Ты ведь знаешь, как хорошо я дружу с твоей мамой. Если ты оборвёшь с ней все связи, то моё сердце не найдёт себе места», — мне и в самом деле будет грустно, если Астория останется без внимания единственного ребёнка. Теперь я пишу то, о чём думаю, а не то, что поможет растрогать её.
В чате снова повисает тягостное молчание.
«Ладно», — откликается Рия спустя три минуты, быстро добавляя: — «Но это только ради тебя».
Раньше это сообщение подняло бы мне настроение, вызывало счастливую улыбку и придало сил. Но не сейчас, когда я прячу от неё секрет, способный разрушить нас обеих.