Необыкновенно мне понравился фильм «Председатель». По-моему, это одна из лучших наших картин. Вот уж где показана настоящая правда жизни. Актеры не просто играли, а жили этой жизнью. Ульянов же просто потряс меня. По-моему, это лучшая его роль.
А после фильма «Земляничная поляна» Бергмана я даже поплакала. Вы, вероятно, видели его. Помните, там речь идет о старом человеке, у которого все, все есть. Имя, деньги, слава, почет и т. д. И вот приходит день, когда ему должны вручить самое высокое научное звание, какое только существует в мире. И как вы думаете, чем в эту ночь заняты его мысли? Он вспоминает, как он целовался с молодой девушкой на полянке, где росла земляника. И высокие титулы, и богатство он отдал бы за то, чтобы очутиться снова на той полянке, увидеть ту девушку. Подумайте, какая правдивая история, как много она вызывает мыслей и чувств. Я не спала почти всю ночь. И думала: где же моя земляничная поляна?
Я вспоминаю порой ваш приезд в наше Приозерье и думаю: эх, моряк, моряк. Что же ты так долго и неусердно искал Настю Уфимцеву!
Видите, Иван Андреевич, какие игривые мысли вы навеяли своим визитом. Но это так… будем считать шуткой. Мы же с вами люди взрослые и обязаны трезво смотреть на вещи. Факт остается фактом, что мы с вами уже знакомы. Приятелями, друзьями тоже можем быть. Вот встретимся как-нибудь в Рязани, Ветлужске или Москве, выпьем по бокалу шампанского в честь нашей несостоявшейся романтической любви и поставим точку. Правда, надо еще познакомить вас с Борисом, и спросить его согласия на дружеские-то отношения. Мужики — народ, как правило, прозаический, в женско-мужскую бескорыстную дружбу не верят, и Борис мой такой же. Пишу это вовсе не для того, чтобы собственного мужа опорочить, а для того, чтобы вы знали, что я думаю о вашем мужском сословии.
Ну вот, кажется, и все. Желаю вам всего того, что сами хотите. Писать мне не надо. Может, опять напишу, коль решусь, — не знаю. Не хочется душу тревожить…»
Нина Семеновна закончила чтение, долго смотрела на лежавшие перед ней убористым почерком написанные странички и затем, подняв голову, чуть затуманенным взором посмотрела на мужчин:
— Ну, умные головы, что скажете? Что будете решать?
Озеров пожал плечами.
— Ехать ему надо. К ней.
Отченаш отреагировал на эти слова нервно:
— А если приеду, и от ворот — поворот? Ведь конкретного она ничего такого не пишет…
Нину возмутили его слова:
— А ты что хотел? Чтобы она тебе руку и сердце предложила: приезжай, мол, рыцарь, забирай. Жду.
Нина встала со стула, отошла к окну. И, с трудом справившись с охватившим ее волнением, нервно проговорила:
— Какой вы все-таки глупый народ, мужики. Любит она тебя, Иван. Любит. Пойми это. И делай что-то, делай. Решайся. Не будь кретином.
…Зима в Приозерских краях хоть и дрогнула, но держалась еще крепко, колкие морозцы особенно по ночам еще давали о себе знать. Вьюжные ветры наметали сугробы на дорогах, пышные снежные шапки крепко держались на разлапистых соснах и елях в Приозерских лесах. Однако на Рязанщине, куда мчался Отченаш, приближение весны чувствовалось явственнее. Солнце пригревало уже основательно, снег рыхлел под его лучами. Лесные опушки шумели под порывами ветра тихо, но умиротворенно, с надеждой на скорое пробуждение.
Весь путь от Крутоярова до рязанского Приозерья Иван на правленческой «Победе» проделал почти без остановок. У околицы села остановил машину, заглушил мотор. Мысли, одна смятеннее другой, вихрились в голове. А что, если Настя обидится, оскорбится? В сущности, она ведь ничего ему не обещала и ничем не обнадежила. Ну, написала два коротких письма. Что из того? Да и скандал тоже может быть. Умыкать чужих жен у нас как-то не принято. Усилием воли Иван решительно пресек эти сомнения. Чего нюни-то распустил? Зачем тогда несся сюда как угорелый? Коль кишка тонка, так нечего было браться за такое дело. Ты же все время канючил, что жизнь твоя без Насти — не жизнь. Ну так вот и действуй.
На малом ходу Отченаш двинулся по улице. Поворот на ферму помнил точно и через минуту-две остановил машину у забора. Ворота оказались закрытыми. Слышалось только посапывание и чавканье жующих коров. Видимо, доярки были на обеде.