— А если мы не дадим санкции? Что тогда?
— Это, конечно, осложнит задачу приехавших товарищей. Но они могут и обойтись.
— Что, могут взять и увезти коммуниста в тюрьму? Если даже райком против?
— Могут, Михаил Сергеевич.
— Так тогда и меня забрать могут? Так, что ли?
— Ну, с вами, конечно, посложнее, — ответил Овсянин.
Курганов вспылил:
— Ну вот, тогда пусть и берут меня, раз у них такие широкие полномочия. А Озерова я им не дам. Нет, не дам. — Курганов свирепо нажал кнопку звонка. Вошедшей Вере сказал глухо: — Ветлужск закажите. Обком. Срочно. И Озерова ко мне.
— Хорошо, Михаил Сергеевич. — Невозмутимая Вера закрыла дверь. Таким взвинченным она Курганова еще не видала.
Овсянин тоже удивленно посмотрел на него.
— Михаил Сергеевич, а вы не ошибаетесь? Ведь у вас на Озерова тоже есть материалы. И как я слышал — довольно серьезные.
— Какие материалы?
— Ну, что товарищ Удачин собирает.
— Райком ничего ни на кого не собирает. Он просто проверяет поступившие сигналы.
— И вы сами тоже не верите Озерову. Сегодня-то как его разделали.
— Это, однако, вовсе не означает, что его надо сажать в кутузку. Придется вашим товарищам оперативникам подождать. Сначала мы сами во всем разберемся.
— Так что не приходить к вам моим гостям?
— Ну, приходить-то пусть приходят. С ними шутить нельзя, а то и впрямь до моих седин доберутся. Вдруг обнаружится, что я потомок персидского шаха.
Овсянин скупо улыбнулся на эту невеселую шутку и стал прощаться.
Глава 19
ГУСЬ — ПТИЦА СЕРЬЕЗНАЯ
Ивана Отченаша судьба забросила в Приозерье совершенно случайно.
Как-то еще на действительной службе он увидел в журнале «Огонек» цветной фотопортрет девушки. «Настя Уфимцева из Приозерья» — так гласила подпись под снимком. Что за Приозерье, Отченаш не знал, а портрет произвел на него неизгладимое впечатление. Иван решил во что бы то ни стало разыскать девушку.
Написал письмо в журнал. Ответа нет. Другое, третье, четвертое, наконец, предупредил редакцию, что будет писать до тех пор, пока не получит ответ на свои вопросы: где находится Приозерье, кто такая Настя Уфимцева и как ее найти?
То ли подействовала эта угроза, то ли у кого из работников отдела писем дрогнуло сердце, но скоро Отченаш получил из редакции письмо. Оказалось, что Приозерье не очень далеко от Москвы. А Настя Уфимцева — одна из героинь района. Демобилизовавшись, Отченаш приехал сюда. Однако разыскать Приозерье оказалось куда более легким делом, чем симпатичную Настю Уфимцеву. То ли это была ошибка фоторепортера, то ли его фантазия, но никто в Приозерье Насти Уфимцевой не знал.
Разыскивая объект своего увлечения, Иван Отченаш не забыл, что в кармане у него комсомольский билет и нельзя ему, словно странствующему рыцарю, бесконечно путешествовать по городам и весям.
Ему было в общем все равно, где бросать якорь. Родных у него не было — отняла война. «А почему бы не остаться здесь, в этом самом Приозерске? — думал он. — Люди как люди, места красивые, городок вполне подходящий, девчата очень даже интересные».
На знаменитом экзамене у Курганова Отченаш понял, что тот не верит в него, в невесть откуда взявшегося парня с черным упрямым ежиком на крупной голове, залихватскими усиками и с черными смешливыми глазами. «Раз так, то это вопрос принципиальный, — решил про себя моряк. — Раз так — задача заключается в том, чтобы некоторые товарищи поняли, как они ошибаются в Иване Отченаше. И зря вы, товарищ Курганов, усомнились в нем, зря думаете, что какая-то там птица, пусть даже гусь, нам не под силу». Встреча, произошедшая у него с Василием Васильевичем Морозовым, была как нельзя кстати.
Когда отобранные для работы на селе комсомольцы проходили семинар, Василий Васильевич заметил в Доме колхозника молодого моряка, который ни на минуту не расставался с книжками, он и в кино шел с ними, и, сидя за обедом, что-то читал, и ночью, к неудовольствию соседей, жег свет до зари. Все эти книги были по птицеводству. Василий Васильевич познакомился со странным моряком и стал уговаривать его поехать работать не куда-нибудь, а именно к нему, то есть в «Луч».
Морозов давно вынашивал план организации птицеводческой фермы в Крутоярове. Стоит оно в излучине Славянки. За деревней, словно по цепочке, тянутся несколько небольших озер. Летом они густо зарастают ряской, речной осокой, пестреют нежными кувшинками. В озерах много рыбы, любят здесь отдыхать стаи перелетных уток. Когда Василий Васильевич проезжал мимо озер, всегда вздыхал: «Эх, добраться бы до вас!»