— Может, и пахать на гусях будем?
Отченаш, не обращая внимания на эти шутки, продолжал свою речь.
— Отвлекся я малость от сути вопроса. Но не без умысла. Вы думаете, почему я рассказываю вам все эти истории? Да чтобы вы поняли, что гусь — это не просто птица. Раньше в народе говорили: «Без десятка гусей — мужик не хозяин». И еще так: «Гусь — это бесплатное мясо на ногах». Правильно говорили. И совсем непонятно, необъяснимо даже, почему у нас в колхозе птица не в почете. Вот можно часто услышать, что гусь свинье не товарищ. А почему так сказано? Да потому, что гусь свинье сто очков вперед даст. Мясо у гуся по питательности лучше свиного, в нем больше белка. Жиров у гуся сорок шесть процентов, а у свиньи только тридцать семь. Потом перо, пух…
— Да уж у свиньи какой пух? — Реплику опять бросила молодуха, лузгавшая семечки. Все рассмеялись. А мрачноватый колхозник проговорил:
— Жрут они, говорят, очень много, гуси.
— Ну уж это извините. Научно доказано, что гусь кушает гораздо меньше свиньи. У нее на прирост одного кило мяса, если взять, допустим, зерно, идет четыре кило, а у гуся всего два…
Кто-то спросил:
— И что, только арзамасские гуси такие молодцы?
— Почему только арзамасские? — Отченаш, обрадованный начинающейся заинтересованностью аудитории, восторженно разъяснил: — Хороших пород много — холмогорские, калужские, псковские, уральские, крупные серые и еще много других есть.
А потом вопросов было столько, что Иван не раз вставал в тупик. Но он все равно радовался: «Ну, кажется, расшевелились…»
Собрание бригады закончилось довольно поздно. Расходясь с него, колхозники переговаривались между собой:
— Отчаянный парень этот Отченаш.
— Он просто помешался на гусях.
— Зря ты говоришь. Дело он затевает стоящее.
— Ну это еще надо посмотреть.
А в группе девчат вперемежку с песнями и шутками слышалось такое:
— Девчонки, а морячок-то ничего.
— Ничего, только вроде не совсем в норме. Гуси, гуси — других слов будто и не знает.
— А ты хотела, чтобы он больше насчет гусынь соображал?
…Под птицеферму решили переоборудовать своими силами два огромных сарая, что стояли в некотором отдалении от деревни на берегу Славянки. Здесь были склады «Заготсено», но они перебрались на правобережье, поближе к железнодорожной станции, и сараи были переданы колхозу.
— Может, техника в районе попросим? — спросил Ивана Морозов.
— Да нет. В районе, насколько я знаю, их, техников-то, раз-два, и обчелся, а ждать нам некогда. Вы не беспокойтесь, все сделаем. Голова на плечах есть, книжки тоже, да и видели мы кое-что. Сделаем… Только плотников выделите, тес и кирпич подбросить не забудьте.
Приехав с правления, Иван, торопливо обжигаясь горячими щами, пообедал и сразу же отправился в сараи. Здесь до ночи осмотрел все и замерил, а ночью почти до утра сидел за расчетами.
Утром пришли трое плотников, присланные из соседней бригады. С ними Иван уговорился довольно быстро. Труднее оказалось с печником. Печника ни в Крутоярове, ни в других бригадах не оказалось. Пришлось идти в соседнее село Краюхино. Здесь ему указали, где живет дед Юсим — единственный на всю округу печник. Кудлатый, рыжий Юсим с маленькими воспаленными глазами и белыми, как у молочного поросенка, бровками, несмотря на раннее утро, был навеселе. Отченаш рассказал ему суть дела.
— Не возьмусь, — причмокивая, будто он проглотил что-то вкусное, ответил Юсим.
— Это почему же?
— А так, не возьмусь, и все.
Иван опешил.
— Но ведь надо. Неужели не понимаешь?
— Не возьмусь, — опять промямлил старик и опять вкусно причмокнул.
— Дак почему, черт возьми?
— А так. Не интересно это мне. Я человек старый и должен свою организму сохранять. Такой теперь закон. Человек у нас самый ценный капитал.
Отченаш, ни слова не говоря, положил на стол сторублевку.
— Не возьмусь.
Иван положил еще две бумажки, решительно поднялся со стула и проговорил:
— Так завтра жду с утра.
— С утра так с утра, — ответил Юсим, словно и не было у них ни торга, ни спора.
Возвращаясь в Крутоярово, Иван думал: «Вот старый черт. Типичный сквалыга, осколок проклятого прошлого. Аж глаза загорелись, когда на столе три сотни оказались. Ну да бес с ним, важно, чтобы печи сложил».
Теперь Иван дневал и ночевал в сараях; он никому не давал покоя — то помогал плотникам, то бежал в контору к Морозову, жалуясь, что до сих пор не пришла машина с кирпичом, то дотошно спрашивал Юсима, будет ли тяга в печах и будет ли тепло в помещениях…