Может быть.
Кто знает.
В то время забота о котенке не казалась ей чем-то интересным. Особенно в том, что касается кошек, где самец не обращал внимания на желания матери. Но чем старше она становилась, тем больше ее опустошенная, поврежденная матка печалила ее.
Чья-то рука опустилась ей на плечо, заставив подпрыгнуть.
– Ты в порядке? – крикнула Панк, но Тане пришлось читать по губам, чтобы понять ее сквозь рев двигателей.
Тана кивнула, снова сосредоточившись на дороге. Диз обогнал Сурджа, набирая скорость на прямой.
Диз. Практически единственный несвязанный оборотень в группе. Без сомнения, он привлекателен. Но сколько бы раз он ни обнюхивал ее, она не была его парой. А это то, чего он действительно хотел. Она могла сказать это точно. Он так сильно хотел иметь собственную семью, что у него было написано это на лбу, как неоновая вывеска. А поскольку человек не видит собственного лба, он, вероятно, даже не знал, как сильно хотел семью. Ему придется хорошенько посмотреть в зеркало, чтобы разобраться в этом дерьме.
Они были на последнем отрезке. Диз собирался победить. Он был на полмашины впереди.
Толпа обезумела, когда он закончил с волной грязи из-под колес.
Панк стащила Тану с сиденья и потащила вниз по трибуне, чтобы отпраздновать вместе с остальными Псами. Было так много хлопков по спине, что она удивилась, как волки не ввязались в драку. Но все равно, это было забавно, и она еще больше поняла, как они отличались от ее клана больших кошек.
Громкий возглас заставил ее повернуть голову, звук исходил от Сурджа. Ничего удивительного.
Он сорвал шлем с головы, грязь запеклась на его костюме и лице. Она улыбнулась, увидев выражение его лица. Он светился от возбуждения, его бледные глаза практически светились, когда он обнял Диза за шею и расхохотался.
– Какой рывок, дружище? Похоже я больше не смогу участвовать в гонках без победы. Это очень грустно. Для вас, ребята. Не для меня.
– Чувак, я надрал тебе задницу, – позлорадствовал Диз.
Сурдж выглядел ошеломленным.
– Что? Когда?
– Прямо там. Ты проиграл, чувак. – Диз покачал головой, глядя на своего Альфу, Дрейка, чтобы тот подтвердил. Не то чтобы он нуждался в подтверждении. Все видели, как он победил.
– Не-а, – возразил Сурдж. – Я никогда не проигрываю, у меня только заканчиваются круги и время. Он поймал взгляд Таны и подмигнул, вызвав волнение в ее груди.
Черт. Подмигивание было ее слабостью.
Диз рассмеялся.
– Конечно, конечно. Все, что угодно, лишь бы тебе стало лучше. Я накормил тебя грязью. Не отрицай этого.
– Ладно, ладно. Все сюда. – Дрейк усмехнулся, держа руку Эллы перед собой. Панк и Бист присоединились к ним, за ними следовали Блистер и Энни. Дрейк не стал дожидаться Сурджа и Диза, прежде чем начал петь. – Жизнь на грязной дороге.
– Ха! – сказали они в унисон.
– Любовь на грязной дороге.
– Ха!
– Парни с грязной дороги.
– Ура!
– Гонщики Грязные Псы.
– Победа!
А потом в один противный голос, они взвыли:
– У! – и разразились аплодисментами.
Тана не могла сопротивляться улыбке, растянувшейся на ее лице. Волки заставляли ее переосмыслить, что значит быть частью группы. Такого не было в Уошитау. Кошки терпели друг друга. Они не... заботились друг о друге, как волки. Большинство больших кошек – одиночки. Но, возможно, они просто не знали каково это, быть частью стаи, которой не все равно.
Ее зубы впились в губу, когда она переосмысливала ее собственную ситуацию.
До приезда в Кедровую Долину и общения с Псами она не понимала, насколько привлекательна жизнь в стае. Может, ей просто не терпелось найти свое место в жизни. Ее цель. Ее будущее. Будущее, которое она могла бы принять вместо того, чтобы бояться и презирать.
Но ей больше не нужно было беспокоиться о своей предназначенной паре. Он исчез. Навсегда. Оуин оторвал ему голову, когда она лежала на земле, вся в крови от ран. А потом отнес ее к доктору Дэвису. Еще секунда и она могла умереть от нападения.
Он спас ей жизнь. Она должна относиться к нему лучше. Он был хорошим котом. Но он видел ее слабой, и поэтому она чувствовала, что должна постоянно напоминать ему о своей силе. Теперь они постоянно ссорились. Она надеялась, что он уедет домой с Реннером, а Райан останется с ней в Кедровой Долине. Но вместо этого он сделал эту чрезмерно-заботливую насмешку старшего брата: куда она, туда и он. Это чертовски раздражало, учитывая, что он не был ее братом.
Ее мучило чувство вины. Оуин не праздновал победу Псов. Вероятно, он был заперт в комнате, которую временно делил с Дизом, над магазином. Дулся. Потому что она надрала ему задницу из-за ошибки с фундаментом. Она не должна была так реагировать. Не то чтобы он часто ошибался. Он был осторожен. Слишком осторожным, как правило.
Тана стряхнула с себя чувство вины.
Оуин был не из тех, кто любит вечеринки. Он тихий и предпочитал одиночество. К утру их ссора закончится.
Когда остальные начали счищать грязь с машин, Тана ускользнула. Она не была частью их. Ещё нет. Возможно, никогда. Кроме того, рано утром ей нужно на работу. Чем быстрее она закончит дом Биста и Панк, тем быстрее сможет вернуться в Уошитау.
Назад к ее эмоционально далеким товарищам по клану и менее захватывающей жизни в Лодже.
Назад к нормальному.
Мяу.
3
Машины были помыты, и они возвращались в клуб. Сурдж сделал обход и поболтал с местными жителями. Он прошел весь спидвей, но потерял Тану из виду. Теперь люди уходили, и он догадался, что она ушла.
Он усмехнулся. Хорошо, что они жили в одном доме. Он застанет ее дома. Может, они смогут поговорить. С тех пор как она приехала, они мало этим занимались. На самом деле почти никогда. И в основном просто мимолетные разговоры. Сегодня на стройплощадке у него впервые появилась возможность объяснить причину своего смеха.
Возможно, он казался эпическим мудаком, но что он мог поделать? Он давно перестал извиняться за свои выходки. Он не сожалел о том, кто он. Не тогда, когда он чертовски порядочный.
Немного избытка здесь и там никогда не повредит.
Диз запрыгнул в кузов грузовика, и Сурдж поехал через город. Жара не спадала даже с заходом солнца, и оставшаяся влажность все еще чувствовалась, она проникала через открытое окно и ударяла его по лицу. Чего бы он только не отдал, чтобы родиться в более прохладном месте. Может быть, в Вайоминге. Или, черт возьми, на Аляске.
Миновав главную улицу, он нажал на газ. Если он продолжит в том же духе, то Диза это охладит как следует. Благодарный хи-хи, сопровождаемый стуком в заднее стекло, сказал Сурджу, что он правильно подумал.
По дороге он позволил себе подумать о Тане.
Она держалась отстраненно, когда дело касалось общения. Но, похоже, все кошки были такими. Даже Реннеру не понравилось, как вел себя с ним Сурдж.
Он пожал плечами. Что-то выигрываешь, что-то теряешь.
Но он не потеряет Тану. Он будет внимательным. Заставит ее говорить. Даст ей понять, что ему интересно то, что она хочет сказать. Потому что так оно и было. Любое слово, слетавшее с ее милых губок, он не упускал. Он хотел узнать ее. Посмотреть кем она была на самом деле, под всей этой дерзостью.