— Постой, давай уточним. Вы стояли спиной к Колодцу? В какой зоне вы находились в тот момент?
— В зоне Р-1.
— Стало быть, тягач. Но вначале вы наткнулись на метеорит, верно? Просто летели и натолкнулись. Я верно говорю?
— Нет.
— Бен, — вмешался Морри, — да успокойся же наконец! Ты совсем заклевал парня.
— Да как здесь успокоишься? Лично мне вся эта история кажется подозрительной.
— Нам ничего неизвестно, — отрезал Берд. — А с него многого не спросишь. Я не уверен, что помнил бы все лучше него, случись со мной нечто подобное.
— Да он здоров, как бык! Вон сколько слопал еды. И прогнал сквозь свои ненасытные легкие нашего кислорода, который, между прочим, стоит немалых денег. Не думаю, чтобы с ним случилось что-то действительно серьезное.
Потом Бен в который уже раз заговорил о необходимости предъявить претензии на «Зебру». И Деккер вспомнил — конечно, они давно решили отнять у него корабль. Говорят, будто везут его на Базу Р-2. Тогда при чем здесь его дом? А теперь говорят, что он задолжал им еще больше…
Судя по всему, понял Деккер, они постараются заставить его работать на себя. В свое время он кое-что слышал о Нури и его шайке. Но это было давно. Что будто несколько отчаянных парней, сбившись в группу, нападали на беззащитные корабли. А эти двое — чем они лучше Нури? Если они действительно возвращаются на Базу, то свидетель им явно не потребуется.
Выходит, его положение безнадежно. Оставалось надеяться только на буксир. Если они действительно не нашли Кори…
…Инструменты… Что-то громадное, закрывающее собой весь горизонт…
Страшный взрыв, пожар. Кажется, он бросился приводить в действие систему пожаротушения.
Все отказало — батареи повреждены.
Бен занялся своими делами. Вскоре его примеру последовал и Морри. Остановившись поодаль, они принялись что-то оживленно обсуждать, при этом Берд время от времени хватал напарника за руку. Деккер так и не услышал ни слова из их разговора, как ни старался…
И вдруг Бен пронзительно закричал:
— Этот корабль принадлежит нам!
Не выдержав, Морри тоже закричал:
— Бен, умоляю, ради Бога — заткнись! Заткнись!
Оба принялись жарко спорить — они говорили о деньгах, которые уходят на содержание нахлебника, о силах и времени. В конце концов Морри, окончательно потеряв самообладание, завопил:
— Бен, решаю здесь я!
Деккер молча наблюдал за перебранкой. Он чувствовал себя ужасно неуютно. И матрац казался ему жестким, и воздух — спертым, и съеденный суп — тяжелой массой, упорно не желающей перевариваться в желудке. Но больше всего его пугал Бен — судя по всему, он распалился окончательно и даже готов был ударить старика. Что может последовать за этим — страшно было подумать.
Берд и Поллард продолжали спорить, употребляя все свое красноречие. В конце концов Морри уступил — сбегав в соседний отсек, Бен вернулся с телекамерой. Не успел Деккер и глазом моргнуть, как рядом с ним возник объектив камеры. Не отдавая себе отчета, что делает, больной приподнялся и заглянул в объектив. И с ужасом откинулся назад, разглядев сквозь линзы громадный глаз. Глаз Бена. Что он задумал? Инстинкт самосохранения подсказал Деккеру, что самое лучшее — вести себя покорно и не сопротивляться. Что он и сделал, пока Поллард производил съемку.
Судя по всему, такая манера поведения пришлась Бену по душе. Закончив съемку, он убрал камеру в чехол и сообщил:
— Ну вот, сукин сын, я тебя заснял. Теперь держись.
Деккер снова испугался — ему показалось, что Бен просто рехнулся. Поллард собирается забрать «Зебру», собирается прикончить его, он уже даже накинул ему на шею петлю. Больной даже усомнился, что уснет — страх, что Бен придушит его во сне или проломит голову был очень велик. Но больной был еще очень слаб — очень скоро он снова лишился ощущения реальности и погрузился во тьму. Первое, что он увидел, придя в себя, был объектив телекамеры. Стало быть, опять, тоскливо подумал он. А Бен снимал и снимал…
Он уже не помнил, как долго это продолжалось. А может, телекамера ему просто приснилась? Привиделась? Он так и решил, очнувшись в очередной раз и увидев Морри спящим, как ни в чем не бывало, в гамаке, а Бена — сидящим за пультом управления. Некоторое время он смотрел на Бена, но тот даже не пошевелился. Деккер даже начал думать, что все это — сон. Потом он вдруг подумал — может, стоит встать и поразмять затекшие из-за лежания мышцы? Но тут же отказался от этой мысли — пока Берд спит, лучше не привлекать к себе внимания «бешеного парня», так он окрестил Бена.
Но человек не может вечно находиться на одном месте. В конце концов, не выдержав, Деккер тихо спустился вниз и направился к душевой, где помещался туалет.