Да, когда-то это все было… С тех пор многое изменилось. Руководство компании давно разметило межзвездное пространство на сектора и разработало детальные маршруты для каждого корабля, значительно упорядочив тем самым космическое движение. Соответственно, космонавты, не работавшие в компании, начали разоряться. Некоторые нанялись в компанию. Астронавты уже не были теми гордыми людьми, которые когда-то диктовали условия нанимателям — теперь за них все решало начальство. Разумеется, жаловаться на самоуправство начальства можно было сколько угодно — но в суде недвусмысленно предупреждали жалобщиков, что в случае проигрыша им придется возмещать и судебные издержки. После такого предупреждения немногие отважились бросать вызов начальству. Кое-кто продавал свой корабль компании и возвращался туда, откуда начал жизненный путь — с небольшой суммой денег в кармане, в более чем зрелом возрасте и с многочисленными болезнями, приобретенными за долгие годы скитания на бесконечных просторах Вселенной.
Читая письма брата, пришедшие с Земли, Морри понимал, что тридцать лет, в течение которых он не видел родную планету — слишком большой срок. Земля сильно изменилась, изменились и населяющие ее люди. Теперь их интересовали проблемы, которые никогда не волновали Морри, и они относились безразлично к тому, что когда-то весьма занимало ум Берда. С некоторых пор земляне воевали с населением расположенных на других планетах станций, желавших отделиться от метрополии. На Земле шла жаркая полемика о том, имеют ли населявшие Пеллу живые существа душу, ругали на чем свет стоит правительство за кризис на рынке только потому, что экипажи космических кораблей не получили вовремя въездные визы. В городах Земли периодически устраивались демонстрации, во время которых экзальтированные граждане вовсю размахивали лозунгами и плакатами, из которых явствовало, будто человечеству грозит смертельная опасность по такой-то причине. И уж совсем были непонятны Берду изоляционисты, предлагавшие ликвидировать станции на всех дальних планетах, оставив только те, что располагались в пределах Солнечной системы. Кроме изоляционистов, имелись еще какие-то федералисты, сепаратисты, пацифисты, неонационалисты, неоевангелисты, антигенетики, а также прочие чудаки, иные из которых, например, утверждали, будто правительство Земли намеренно не разрешает ввозить на планету якобы изобретенный на какой-то станции «эликсир молодости», хотя толстосумы как будто тайком ухитряются получать эликсир без особых хлопот. В Организации Объединенных Наций и прочих международных организациях будто бы засели кровожадные чиновники, тратящие громадные средства на постройку все новых флотилий космических кораблей, вооруженных грозным оружием. И эти флотилии направляются к мятежным станциям в дальнем космосе, чтобы напомнить им, кто на самом деле является хозяином Галактики. Брат Морри сообщил в одном из писем, будто в Азии на выборах победила Партия Свободной Торговли, поставившая одной из своих программных целей борьбу за отмену всех запретов на торговлю с другими планетами, отмену визового режима и предоставление возможности всем желающим летать туда, куда им вздумается. Судя по всему, в дальнем космосе все менялось куда быстрее, чем можно было предположить. Когда Морри только появился на свет, кто-то из жителей планеты Сайтин открыл лучи, передвигавшиеся по космосу со скоростью, превышающей скорость света. Тогда говорили, будто данное открытие способно совершить настоящую революцию в науке и технике. Сколько подобных открытий было сделано с тех пор? Теперь никого уже не удивляли космические корабли, передвигавшиеся быстрее света — они были в порядке вещей. Впрочем, с некоторых пор земляне сообразили, что технический прогресс и экономическое процветание их колоний зашли так далеко, что метрополия с ее указаниями и мелочной регламентацией им, по сути, уже не нужна. Выяснение отношений между Землей и ее колониями шло без малого уже сотню лет, но теперь споры решались уже при помощи изощреннейших видов оружия. Земляне ввели визовый режим для всех желающих посетить их планету, наложили запрет на экспорт и импорт многих товаров. Но в конечном итоге эти меры не только не разрешили кризиса, но, напротив, лишь усугубили его: монолитное прежде Земное Сообщество раскололось на сотню мелких образований, одним из которых и был АСТЕКС. В свое Время АСТЕКС занимался совершенно конкретной целью — обработкой данных человеческой деятельности в космосе. Теперь, понятно, каждое мелкое сообщество, компания занималась своим делом и не спешила делиться с соседями своими статическими данными. Кое-что, впрочем АСТЕКС все же делал — те станции, которые образовывали единое административное целое с АСТЕКСОМ, поручили ему поддержание порядка в своих владениях в обмен на кое-какие привилегии в торговле. В прошлом году на Солнечной Станции случился бунт, в котором погибло четверо — люди с АСТЕКСА сыграли в наведении порядка далеко не последнюю роль. Совсем недавно финансовые контролеры уличили в махинациях кого-то из тамошних чиновников. Что до махинаций, то здесь было самое широкое поле деятельности: по всему Поясу велись грандиозные строительные работы, как грибы после дождя, росли гигантские коробки из стали и бетона, и уже через несколько лет стройплощадки было не узнать — новые космические станции появлялись там, где еще совсем недавно не ступала нога даже самого отчаянного астронавта. Это был самый настоящий бум: телевидение едва ли не каждый день сообщало о новых открытиях и изобретениях, не забывая даже давать новым поселенцам такие, например, советы, как рекомендации о выращивании выведенных специально для жизни в космосе растений.