— Разумеется, подотчетно. Подотчетность выражается лишь в том, что они строчат наверх доклады. Бен, зря мы покусились на «Зебру». Нам все-таки не следовало это делать.
— Не говори чепухи. Мы действуем в рамках закона и устава компании. Конечно, правила драконовские, я согласен. Но и зерно справедливости в них есть. Хотя бы в той части, что касается потерпевших крушение бесхозных кораблей. Ты что, хочешь убедить меня, что нам не дадут действовать по правилам?
— Бен, в правилах не сказано, что компания должна тратить собственные деньги. Это самое что ни на есть золотое правило, перед которым остальные правила — ничто. У меня с самого начала было дурное предчувствие. Многого ты все равно не добьешься. Ты никогда не добиваешься многого.
— Если не прекратишь трепаться, то мы действительно можем остаться с носом. Мы действуем по закону.
— Какой ты весь из себя правильный и законопослушный — просто ужас! Впрочем, когда-то я сам был таким. — Сдув пену, Берд отхлебнул пива. — Когда каша только-только заварилась. Жаль только, что ты этого не застал.
— Возможно, твои знания действительно дают тебе некоторое преимущество передо мной, — отмахнулся Бенджамин. — Впрочем, это мало что меняет. Что было — то прошло. А может, все всегда было так, как сейчас?
— Неправда! Было время, когда чиновники из компании не сидели на нашей шее. И не пили нашу кровь. И военные корабли никогда не нацеливали на нас орудия — это тоже новомодные веяния. Да и из рейса раньше возвращались с радостью, не думая о предстоящих формальностях. — Морри сам удивлялся своему красноречию. И не понимал, откуда у него берутся подходящие слова. Наверно, он инстинктивно не боялся говорить оттого, что здесь, в баре, можно было не беспокоиться насчет установленных полицией микрофонов. Кажется, Бен не ожидал от товарища столь бурного словесного потока — он подавленно молчал, чуть приоткрыв рот. И наконец пробормотал: — Да перестань ты кипятиться! Не забывай — мы дома.
— Как же, как же, — усмехнулся Берд, — разумеется, дома. Но иногда мне хочется спалить его к чертовой матери.
В этот момент в бар вошли Мег и Саль. Завидев друзей, девушки бросились к ним со всех ног, тут же сбивчиво объясняя, что с ними произошло.
— Сукины дети! — выразительно воскликнула Саль, тут же присовокупляя непечатное словечко — разумеется, она имела в виду полицейских. Кое-как опомнившись, подруги уселись за стол, жалуясь на голод и усталость.
Глядя на девиц, Морри вдруг подумал — как только ему раньше не пришло в голову, что полиция могла заявиться в их номер исключительно ради Саль и Мег. Товарки наверняка не сидели сложа руки, пока «Тринидад» бороздил бесконечную пустоту космоса. А теперь, возможно, полиция наконец добралась до них. Такое в самом деле могло быть — ведь Мег и Саль не работали, но деньги у них определенно водились. Насколько Морри знал, обе — в особенности Саль — никогда ничего не станут делать бесплатно. Разумеется, если проситель не относится к числу их друзей. Саль и Мег умудрялись поживиться даже за счет Бена — то и дело незаметно побуждая его раскошелиться и оплатить общий ужин, обед или завтрак — в зависимости от времени суток. Берд вздохнул — в конце концов, девчонки работают в компании и, значит, великолепно усвоили правила игры.
Несмотря на перенесенные тяготы, девушки были оживлены, то и дело разражаясь хохотом. Как видно, они давно привыкли к разбирательствам с полицией и визиты в участок считали чем-то самим собой разумеющимся. А может, они просто делали вид, будто ничего особенного не произошло — по правде говоря, Берд не считал себя знатоком женской психологии. Возможно, в душе обе буквально клокотали от гнева и могли считать причиной своих злоключений именно экипаж «Тринидада». Но каким-то шестым чувством Морри ощущал, что подруги вели себя в полиции как надо. А раз так — то с него и с Бена причитается не только обед…
Поднявшись, Мег и Саль сообщили, что «отойдут ненадолго» привести себя в порядок. Бен, уставясь в пивную кружку, о чем-то крепко задумался, а потом, встрепенувшись, сказал, что отправится в банк и убедится в сохранности денег на счету «Тринидада». Впрочем, Морри подозревал, что это была всего лишь удобная отговорка. Одному Богу было ведомо, что затевает неутомимый Поллард.
Тем не менее Берд не удержался и посоветовал:
— Я бы на твоем месте никуда не ходил.
Что-то недовольно проворчав, Бен поднялся и ушел, выразительно хлопнув дверью.
Морри хватил себя кулаком по лбу и выругался — нужно было предупредить Саль и Мег о возможных подслушивающих устройствах в номере. Обе наверное, со страхом подумал он, перемывают косточки ему и Бену. Можно представить, что они там болтают! Впрочем, это было не столь плохо — слушая откровенные разговоры подруг, полицейские окончательно утвердятся во мнении, будто их хитрость осталась незамеченной. Тем более, о чем могут болтать девицы? Разумеется, о корабле. Но скрывать о «Зебре» как раз нечего. И потом, Мег и Саль все равно ничего не знают…