Визитеры что-то говорили, советовали, успокаивали. Их угодливые голоса сливались в сплошной ровный гул. Наконец до сознания больного стал доходить смысл некоторых слов, а потом и фраз.
— Мы пришли только для того, чтобы помочь вам, — говорил один, упорно подсовывая папку с листочком и авторучку, — да, да… Ведь вы хотите поскорее выбраться отсюда, не правда ли?
— Уходите, — простонал Пол, чувствуя неприятную тяжесть в желудке.
— Как, разве вы не хотите выйти из больницы? — с притворным сочувствием осведомился второй посетитель.
В ответ Деккер разжал слабые пальцы, и авторучка с жалобным звяканьем покатилась по полу. Гости проворно наклонились за ручкой, едва не стукнувшись лбами. После чего снова принялись предлагать ему подписать документ.
Чтобы поскорее избавиться от назойливых визитеров, Деккер попытался разобрать, что за бумагу ему предлагали подмахнуть. Он долго и мучительно напрягал зрение, стараясь различить буквы, а потом сложить их в слова. «Показания» — значилось в верхней части листа. Кажется, что-то связанное с юриспруденцией. С судом. Перечитав текст, он все-таки сообразил, что речь идет об аварии.
«Об аварии!» — обожгла сознание страшная мысль. Выходит…
Не дочитав текста до конца, Деккер отшвырнул листок в сторону. А потом, сжав зубы, бросил в стену авторучку, отчего та разбилась вдребезги.
Поймав на себе злобный взгляд одного из посетителей, он раздраженно бросил:
— Я ничего не стану подписывать без адвоката.
И в изнеможении откинулся на подушку.
Мег, всплескивая руками и выкрикивая непечатные слова, как угорелая, носилась по комнате. Ее ужасал оставленный полицейскими беспорядок. Подобрав с ковра спутанные в солидных размеров ком бусы и серьги, вытряхнутые чьей-то «заботливой» рукой из валявшейся неподалеку шкатулки, она уселась прямо на пол и, пытаясь распутать этот своеобразный клубок, забормотала:
— Скоты, скоты, что еще сказать. Нужно бы заявить, будто у нас что-то пропало. Вот пусть и побегают, сволочи!
— Подумай только! — подхватила Саль, складывая на туалетный столик рассыпанные по кровати косметические карандаши. — Ну и разгром! Никогда не видела ничего подобного! Ужас! Не полицейские, а варвары какие-то!
— Не понимаю, почему это случилось? Ведь мы ничего такого не совершили… — задумчиво произнесла Мег, не переставая отделять друг от друга спутанные цепочки. — Почему эти скоты все так расшвыряли? Что искали?
Саль, прекратив на мгновение свое занятие, облокотилась о спинку кровати. И испустила выразительный протяжный вздох. Мег красноречиво подмигнула ей. Обеих подружек не покидало неприятное ощущение. Обе независимо друг от друга подумали об одном и том же — нет ли в комнате подслушивающих устройств. Если полиция все же установила в комнате «жучки», то наверняка не только звукозаписывающие, но и фиксирующие каждое движение обитателей номера на видео.
Только этого еще не хватало! Подругам было сейчас не до разбирательств с полицией — обе носились с идеей аренды «Зебры» по сходной цене. Понятное дело, по этой же причине они не желали, чтобы проблемы возникли у экипажа «Тринидада».
Ничего не стоит переехать куда-нибудь еще — свободных мест в гостиницах предостаточно. В крайнем случае, знали Мег и Саль, они могут просто отказаться от «Зебры» под благовидным предлогом. Хотя сделать это будет исключительно трудно — обе успели свыкнуться с идеей, что «Зебра» достанется именно им.
Кроме того, Саль и Мег не хотели связываться с полицией потому, что планировали в будущем стать профессиональными астронавтками. А для этого недостаточно было заполучить космический корабль даже в самом идеальном состоянии. Требовалось получать бесконечные справки, разрешения, лицензии, проходить комиссии и освидетельствования. Да и компания при найме новых сотрудников предпочитала проверить, не числятся ли те в полицейских «черных списках». Кроме того, по устоявшейся практике, если на каком-то ярусе совершалось преступление, полицейские в первую очередь «трясли» тех, кто состоял на учете в их учреждении.