— А хозяин-то где же? Мы его так и не видали, — говорил старик плотник. — Да какие нынче хозяева! — добавлял он с презрением. — Скоробогатенькие! Строит, да оглядывается, как бы его финотдел налогом не прижал…
Подрядчик привёл двух чернорабочих. А через некоторое время на постройку явился Тереха Парфёнов. Сумел разыскать своих земляков.
Егор Веретенников сильно удивился, увидав соседа с котомкой за плечами.
— Ты, дядя Терентий, случаем, не погорел? — спросил Парфёнова Никита, считавший, что только пожар мог выгнать этого домоседа из дома.
— А что, нешто здесь все погорельцы? — ответил Тереха. — Принимайте-ка вот робить меня…
Подрядчику приглянулся Тереха. "Этот медведь за двоих будет ворочать", — подумал он.
Егор уже думал наведаться в Крутиху, но приход Терехи многое объяснил ему. Из расспросов соседа, хотя и был он скуп на слова, Егор понял, что показываться в деревню ему не время. "Погодить надо, подождать. Весной Анна как-нибудь одна управится посеять десятины две, а я заработаю денег", — думал он.
Подрядчик суетился на постройке, бегал, перебирая короткими ножками, спрашивал:
— Всем ли довольны, мужички?
Плотники либо молчали, либо отшучивались. Но мирное их настроение скоро пришло к концу, когда пошла глухая молва, что по нынешним временам выгоднее работать в государственной организации, чем у частника. На строительстве, слыхать, выдают спецовку, паёк. А что может дать частник?
— Это не прежний режим, — говорили плотники, — когда рабочему человеку некуда было податься; хочешь, не хочешь, а работай. Теперь — пожалуйста, в любое место иди. Всюду большие стройки.
Плотники рядили и так, и этак.
— Напрасно вы, ребята, облизываетесь, не донеся ложки ко рту, — говорил молодым старый плотник. — Везде хорошо, где нас нету.
— Это какой разговор! — возражали молодые плотники. — Ты, дед, слушай, о чём толкуют люди. Слыхал, что на железной-то дороге делается? Пропасть народу едет в разные места. На стройки, значит. Вот бы и нам, ребята, податься…
— Эх, молодёжь! — говорил старый плотник. — Рубли-то даром нигде не дают.
Егор Веретенников вместе со всеми прислушивался к этим разговорам. И Никита Шестов начинал вдруг подбивать тронуться куда-нибудь подальше, поискать работу повыгоднее. Егор Веретенников с удивлением смотрел на него. Вон ведь, оказывается, какой бойкий этот Никита! Егор ещё не видел его на стороне и теперь должен был сказать себе, что Никита здесь не такой, каким всегда бывал в Крутихе, а как-то смелее, развязнее, находчивее. Иной раз Веретенников думал даже: да неужели он этого самого Никиту ещё минувшим летом одалживал мукой из своего амбара? Вспоминать об этом Егору было почему-то неприятно.
Молодые плотники говорили о подрядчике:
— Чёрта ли нам в этом жирном борове? Уйдём!
— Неудобно, ребята, — возражал старый плотник, — согласились, так надо докончить дом-то…
Никита Шестов держал руку молодых плотников. Он тоже порывался уйти. Но чтобы поступить на новое место в государственном строительстве или в промышленности, требовались справки от сельсовета или с последнего места работы. Справки эти в какой-то степени предохраняли стройки от беглых кулаков, начавших в злобной ярости своей заниматься мелким и крупным вредительством, да от летунов, которые, получив аванс и спецовку, удирали с одной стройки на Другую.
— Даст хозяин нам справку, что мы у него работали? — возбуждённо спрашивали молодые плотники.
Явившийся подрядчик выдать справки отказался. Артель взорвалась:
— А-а-а, не даёшь? Бросай, ребята, работу!
— Мужички, мужички! Договоримся по-доброму, — пытался уговорить артель подрядчик.
— Нет! К чёрту! Давай расчёт!
— Чего вы, мужички! Вы у меня, а не у хозяина нанимались. Неужели вы мне не верите? Я вас рассчитаю по-божески, сколько полагается. Магарыч поставлю!
— Нет, либо справки давай, либо расчёт! — стояли на своём плотники.
— Ладно, я что-нибудь придумаю, — пообещал подрядчик.
Несколько дней он тянул, затем не явился на постройку. Встревоженные плотники пошли к нему на квартиру, она оказалась закрытой. Хозяйка сказала, что жилец её вчера уехал.
— Куда? — спросили плотники.
— А кто его знает, — ответила хозяйка. — Они вдвоём с женой у меня жили. Оба и уехали.
Плотники шумной толпой пошли в горсовет. Там с их слов всё записали, но помочь ничем не могли. Отправились в милицию.
— А вы у кого нанимались? — спросили их в милиции. — У Федосова? Тоже сбежал!