— Кажется, ты думаешь, что мне ничего не стоит терпеть эту старую развалину ради осуществления твоих планов?
— Я хочу, Чтобы ты думала о конечной цели, а не об этих мелочах. Неужели ты не понимаешь, что значит полмиллиона? Да за такие деньги любая- девчонка согласится ублажать Кайла хоть всю жизнь!
— Что из этого! — вспылила Ева.— Бессмысленные слова. Мы этих денег не видели и, надо думать, никогда не увидим.
Джиллис серьезно посмотрел на нее.'
— Хорошо. Если ты так думаешь, то нет смысла продолжать. Я без труда найду другую помощницу, и, надеюсь, она справится не хуже тебя. Придется кое-что изменить. Возвращайся в «Фойи», так будет лучше для тебя.
Ева почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Не сердись, дорогой,— быстро проговорила она.
— Я и не сержусь. Если не можешь, то лучше тебе выйти из игры, а то провалишь все дело.
— Если я вернусь в «Фоли», ты будешь жить со мной снова?
— «Если я вернусь в ,,Фоли“»,— безразлично проговорил Джиллис,— то ты меня больше не увидишь. Пойми это, Ева. Придется найти другую девушку, а я не собираюсь связываться сразу с двумя женщинами. Если у тебя даже для такого дела кишка тонка, то на кой черт ты мне нужна.
В ее глазах появился страх. Подобные сцены были не в новинку для Джиллиса, и он ожидал такой реакции. Споры, угрозы и бурные объяснения были подобны верстовым столбам на темном, извилистом пути их жизни. Стоило ему пригрозить, что она больше его не увидит, как победа была обеспечена. Узы кровного родства крепко привязали ее к нему.
— Прошу тебя, Адам, не говори так,— сказала она, беря его за руку.— Конечно, я справлюсь. Забудь то, что я говорила. Наверно, я сегодня не совсем в себе,
Он выиграл и готов был пойти на уступки.
— Я все понимаю, Ева. Это ненадолго, я обещаю. Еще пара месяцев, и ты больше не увидишь Кайла.
— Надеюсь,— вздохнула она, сознавая свое поражение.
Он обнял ее и прижал к себе.
— Плюнь на это,— весело сказал он.— Все прекрасно. Подумай о тех вещах, которые я тебе куплю, когда мы получим деньги.
Его внезапная веселость не обманула ее. Она знала, как он слаб, беспомощен и бесчестен, но ничего не могла с ним сделать. Он был частью ее, и от этого она не могла избавиться.
— Ты рассказала Кайлу то, что надо? Теперь он в курсе?
— Да, я ему рассказала.
— И как он это воспринял?
— О, с восторгом.
Ева почувствовала, насколько, тонок материал его костюма. Его столько раз гладили, и он такой поношенный. Только на Адаме этот костюм мог иметь хоть какой-то вид. На любом другом он выглядел бы тряпкой.
— Разве ты не купил себе костюм, дорогой? — спросила она.— Я надеялась, что ты сегодня его наденешь.
— Да-да, купил,— пробормотал он. — Если бы я знал, что ты опоздаешь, я бы зашел переодеться.
Она видела, что он лжет, и деньги, которые она ему дала, пошли не на костюм. Из своего печального опыта она знала, что он их пропил.
— Оставим костюм,— продолжал он.— Кайл собирался поговорить с Рико?
— Да, конечно. Я сказала ему, что надо встретиться с Рико. Этого ты хотел, не так ли?
— Рико знает Бэрда. Если кто-нибудь и сможет .это сделать, так это Бэрд. Я знаю его. уже несколько недель. Он опасен. Ничто не может его остановить, если он принял решение. Жаль, что этого нельзя сказать о Рико. Он, конечно, неплох, но я в нем не совсем уверен. Кайл не расскажет ему о деталях, не правда ли?
— Нет. Он просто предложит Рико принять участие в деле, не раскрывая сути.
— Кайл собирается выделить тебе какую-нибудь долю за план?
Ева горько рассмеялась.
— Конечно нет. Ему это даже не приходило в голову. Он совершенно уверен, что мы будем тратить деньги вместе.
— Ну что ж. Его ждет неприятный сюрприз.
Джиллис взглянул на часы.
— Тебе лучше вернуться. Он ни в коем случае не должен знать, что я связан с тобой. Я забегу к тебе завтра ночью, в половине первого или немного, позже. Задерни занавески, если он будет дома.
— Его не будет, он уходит на обед. Не мог бы ты прийти раньше, Адам? Я буду одна с восьми вечера.
Он внезапно стал нерешителен.
— Не знаю, смогу ли. Попытаюсь. Может быть, освобожусь около девяти. Да, думаю, в девять получится.
Снова она поняла, что он лжет, но не подала виду. Было бы глупо и опасно показать ему, что она видит его насквозь. Пока он беспечно врет, она может отличить правду от лжи, но если он будет обманывать более умело, то узнать это станет трудно. Она убедила себя, что как-нибудь он солжет ей в чем-нибудь очень важном для них обоих, и сохранила для себя возможность распознать эту ложь.