Свет упал на его лицо. Бэрд увидел четыре глубоких царапины около глаза, из которых ручьями текла кровь.
Девушка прислонилась к стене. На ее плече были пятна крови. Горящими глазами она уставилась на парня.
— Убирайся и не возвращайся,— сказала она, не повышая голоса.
Тони с недоумением взглянул на нее и вышел, громко хлопнув дверью.
— Все в порядке? —- грубо спросил Бэрд, влезая на кровать.
Он услышал, как девушка двинулась к нему вдоль стены.
— Со мной да. У вас снова идет кровь?
— Не думаю,— Бэрд устроился на кровати и лежал, тяжело дыша.— Тебе не следовало рисковать так ради меня.
Девушка промолчала, она что-то искала в темноте. Через минуту зажегся свет.
Она застегивала поношенный халат и пристально смотрела на Бэрда. Некоторое время они разглядывали друг друга.
— Дайте мне посмотреть вашу рану.— Она подошла к нему.— Болит?
— Немного,— ответил он, наблюдая за ней.— По-моему, кровь уже не идет.
Она склонилась над ним и внимательно осмотрела повязку на его боку. Никаких признаков крови не было.
— Все в порядке.
Она хотела выпрямиться, но он удержал ее за руку.
— Ты представляешь себе, что делаешь? Тебя могут посадить за это.
— Не люблю фараонов,— серьезно сказала она.— Но теперь им до вас не добраться.
— Я тебе так обязан,— вымученно проговорил Бэрд. Если бы не ты, меня бы не было в живых.
— Лучше помолчите. Да и ничем вы мне не обязаны.
— Как тебя зовут? — спросил он, вытирая ладонью потное лицо.
— Анита Джексон. Попытайтесь уснуть.
— А я Верн Бэрд. Эти типы думают, что я пришил фараона...
Она взглянула на него, но промолчала.
— Попытайтесь лучше уснуть,— снова посоветовала она после долгой паузы.
— Ты просто уникум,— сказал он, закрывая глаза.— Что тебе сделали фараоны? За что ты их так ненавидишь?
— Это не ваше дело,— отрезала она.
—- Пожалуй, ты права. Подожди часик, и я уйду.— Он потрогал бок и поморщился.— Я тебе очень обязан.
— Вам придется остаться до тех пор, пока не выздоровеете,— сказала она, усаживаясь в кресло.— С такой раной вы далеко не уйдете.
— А как же ты?— Он открыл глаза и уставился на нее.— Чем дольше я здесь буду, тем больше ты рискуешь. Вдруг этот парень вернется? ,
Она покачала головой.
— Нет. Я знаю Тони. Он больше сюда не придет. Весь день я на работе, разве что вечером. Я не боюсь.
— Тебе нужна кровать,— сказал Бэрд, удивляясь, что думает о ней больше, чем о себе.— Я лягу на полу.
— Прекратите! — резко сказала она — Спите и поменьше разговаривайте.
Она придвинула еще одно кресло и положила на него ноги.
— Мне достаточно удобно.
— Завтра я уже буду в порядке.
Бэрд дрожал от усталости.
Она встала и выключила свет.
— Спите,— сказала она.
Бэрд лежал на спине, разглядывая кусок черного -неба в окне. Внизу полицейские все еще разыскивали его. Голоса, топот ног и хлопанье дверей постепенно затихали вдали.
Когда Бэрд думал о девушке, им овладевало какое-то странное чувство. Она спасла его. Почему? Как в кино. Он был ей обязан, и это его смущало. Чувство благодарности было ему незнакомо. Он был озадачен. До сих пор ему никто не помогал. Он попытался выкинуть из головы мысли об одолжении, но не мог. Рано или поздно ему придется что-то сделать для нее. Он вспомнил о пяти сотнях, полученных от Рико. ^Всегда можно дать ей денег,— подумал он.— Судя по ее виду, деньги ей очень кстати». Конечно, он так и сделает. Но в глубине души он чувствовал, что деньгами здесь не расплатишься.
Услышав ее легкое дыхание, он понял, что она уснула. «Сильная девушка,— подумал он.— Сильная и спокойная».
Наконец уснул и он. Ему снилось, что девушка из аптеки, с кровью на белом халате, сидит у него в ногах и смотрит на него. Ему не было страшно.
Глава 11
Рико отложил ручку и с недовольным видом откинулся в кресле. На его смуглом, покрытом оспинами лице было написано неудовлетворение. В прошлом месяце его прибыль составила 520 долларов. Полгода назад он был бы приятно удивлен, но теперь считал, что это мало. Он встал и начал ходить взад и вперед по комнате. «Мало»,— подумал он, нахмурившись. Кредит в банке он уже превысил. Его образ жизни не соответствовал доходам. Недавно он переехал из трехкомнатной квартиры в шестикомнатную, что стоило в четыре раза дороже. Счета от портного за костюмы и шелковые рубашки, к. которым он за последнее время привык, вынуждали его ограничивать остальные свои потребности. Нужно было расплачиваться за недавно приобретенный «бьюик». Тщательно подобранные «хозяйки» тоже стоили немало, а им приходилось платить наличными.