Вера от этих жестов рассмеялась, но ответ её был серьёзным.
— Нет-нет, мы обыкновенные, нормальные люди. Со слухом пока что всё у нас в порядке.
— Ну, тогда слава Богу! Просто камень с души свалился, — парень был настолько раскованным, словно встретил хорошо знакомых друзей, с которыми только вчера расстался.
Когда парни принесли чай и постель, разговор пошёл в том же русле, которое снимало напряжение. Точнее, то первое напряжение возникло из-за скованности другого курсанта, Гальцева и Вероники. Вера же чувствовала себя как в своей тарелке, легко и непринужденно включилась в шутливый разговор. Бесшабашный, с юмором парень ей явно симпатизировал.
— Вы не переживайте, мы не собираемся прикончить ваш провизию. У нас тоже есть что-то вкусненькое. Рома, где наш НЗ? Давай его сюда, момент самый подходящий…
Из объёмного солдатского рюкзака появились яблоки, груши, домашняя колбаса, пирожки и две бутылки пива.
— Знаете, Ромкина мама такие пирожки печёт... Пальчики оближете и ещё попросите. Ну, а всё остальное, результат наших хлопот и вкусов, нажитое уже без родителей. Мы словно чувствовали, что вас встретим. Говорят, что запас беды не чинит, и я с этим полностью согласен. Что ни говори, народная мудрость. — Ну давайте за знакомство.
Немного успокоенная Вероника перевела подозрительный взгляд с бутылки на парней, потом на Веру, та, понимая её состояние, улыбнулась.
— Ты что, Вероника, никогда пиво не пробовала?
— Нет, конечно. Какое пиво, Вера, мы только что школу закончили.
— А я пила, — словно заглядывая в прошлое и, жалея то, что было, с грустью проговорила девушка. — Мы в Германии настоящее баварское пили, мне отец давал попробовать. Мама тоже пиво любит. А если ещё с Таранкой, воблой…
— Вот, это я понимаю, наш человек... А за границу как попали? —поинтересовался юноша.
— Отец там служил. Правда, давно это было.
— И в каком звании?
— Сейчас подполковник.
— Нам с тобой, Ромка, о таких чинах только мечтать остаётся. У Ромки дядя, правда, полковник. Я считаю, что время и познакомиться. Меня Валерием зовут, лучше просто Валера, а можно и Валерием Павловичем, в будущем — товарищ генерал, надеюсь.
— Вера, — усмехнувшись, назвала себя Вера.
— Вероника, — настороженность в голосе подруги всё ещё не пропала окончательно.
— Её можно и Никой называть, чтобы отличить от Веры.
— Как это вы, удивляюсь, одна другую нашли с такими схожими именами?
— А я Рома, — другу Валеры, наконец удалось справиться с волнением, в голосе чувствовать уверенность и решительность.
За знакомство пришлось сначала выпить чаю. Потом в стаканы с подстаканниками Валера разлил пиво. От настойчивости Валеры не удалось отказаться даже Веронике. Пирожки мамы Ромы были не только аппетитными на вид, но и очень вкусными. Валера как мог, старался произвести хорошее впечатление на девушек, его привлекательность, естественность, непринуждённость в поведении просто обезоруживали.
— Тебе в артисты нужно было пойти, а не в авиаторы, — Вера не могла к парню обращаться на «вы». Он так неподдельно гримасничал, жуя пирожки и показывая восхищение от кулинарного мастерства мамы своего товарища. Вздохи, облизывание пальцев, зажмуривание глаз от большого удовольствия было явным переигрыванием, однако всё выглядело у парня очень натурально.
Вера с трудом сдерживала смех, а Вероника звонко смеялась; парни немало удивились той перемене, что произошла с девушкой за короткое время.
Совсем не самым обыкновенным взглядом поглядывала Вера на Валерия после знакомства, ощущалось очарование, интерес, в глазах ожили те игривые искорки, которые говорят больше чем слова.
Валерию понравились обе девушки. Он ловил себя на мысли, что сейчас похож на охотника, который увидел в лесу двух зайцев. Сначала зажатость и скованность отталкивали его от Вероники, но сейчас её заразительный смех очаровал его больше, чем сдержанный грудной Веры.