- Но…- Тухачевский попытался не согласиться с командиром, однако тот решительно оборвал его.
- Я уже попросил уйгуров явиться ко мне без оружия и, на мой взгляд, этого вполне достаточно и прекратим никому ненужные споры.
Капитан молча проглотил справедливый упрек, но, тем не менее, продолжал талдычить солдатам о бдительности, но не столь рьяно и настойчиво как это было ранее. Результатом подобной деятельности Тухачевского, стала всеобщая настороженность среди простых солдат, которые с опаской и настороженностью стали смотреть на каждого местного жителя, который входил в ворота крепости.
За полчаса до прибытия гостей, караульные главных ворот сообщили капитану, что к нему прибыл разносчик от торговца коврами.
- Ах да, совсем забыл в этой суматохе. Действительно, я заказывал у этого Джунуса небольшой ковер для себя – припомнил Тухачевский. – Быстро приведите его ко мне, но не забудьте тщательно обыскать. Береженного Бог бережет.
Приказание начальника штаба было исполнено в точности, но никакого оружия у разносчика не оказалось.
- Прекрасные ковры раис – почтительно говорил посланник Джунуса, заботливо расстилая перед Тухачевским принесенные с собой небольшие пестрые коврики.- Любой расцветки и узора. Ручная выделка раис и совсем не дорого. В Лондоне и Париже они будут стоить гораздо дороже, чем просит мой хозяин.
Пока посланец Джунуса расхваливал товар своего хозяина, капитан медленно отодвинул один из ящиков своего стола и осторожно положил на его поверхность два маленьких браунинга, который он получил три дня назад в лавке торговца.
Быстрый взмах руки и пистолеты исчезли в широком рукаве пестрого халата фальшивого разносчика, который понимающе мигнул Тухачевскому черным глазом. Операция британского резидента вступала в решающую фазу.
Когда Тухачевский неторопливо вёл прибывших на прием к командующему уйгурских делегатов, мало кто смог заметить, как к ним, незаметно пристроилась ещё одна фигура в пестром халате, незаметно выскользнувшая из дверей кабинета капитана.
Адъютант Анненкова браво распахнул перед гостями двери генеральского кабинета, где для гостей было разложено несколько ковров с множеством подушек. Желая потрафить местным обычаям, Анненков отказался от первоначальной идеи посадить визитеров на стулья. Для самого генерала было приготовлено низкое кресло, которое одновременно подчеркивало его высокий статус и одновременно несколько сближало с прибывшими гостями.
- Добро пожаловать, господа! – радушным голосом произнес генерал – рад видеть вас у себя в гостях, прошу садиться.
Анненков сделал приглашающий жест в сторону ковров, возле которых стояли подносы с чайниками и блюда с угощениями под присмотром двух поваров. Среди пришедших уйгуров, возникло небольшое замешательство, делегаты не сразу смогли определиться, кто из них сядет во главе достархана, рядом с хозяином. Сгрудившись толпой, они тихо переругивались друг с другом, и в ожидании, когда все гости рассядутся, Анненков как рачительный хозяин, был вынужден стоять рядом с креслом.
Черноглазый посыльный, присланный Хафизом, был близким родственником погибшего Мухаким Али, и сейчас им двигала жажда мести и возмездия над русским генералом, главным виновником гибели его родича. Именно под её воздействием он не стал дожидаться более удачного случая приведения и решил немедленно привести в исполнение свой замысел. Сделав шаг в сторону, чтобы иметь между собой и жертвой свободное пространство для стрельбы, он молниеносно выдернул руку из широкого рукава своего халата и выстрелил в Анненкова.
К несчастью для Гасана, так звали посыльного, генерал располагался к нему несколько боком и поэтому, первыми выстрелами он только поразил Анненкова в плечо и руку, не причинив тому смертельных ран. Скорчившись от боли, генерал слегка присел и непроизвольно развернулся в сторону террориста, чем тот не преминул воспользоваться, дважды выстрелив Анненкову в грудь и живот.
Громко вскрикнув, генерал упал сначала на колени, а затем рухнул лицо вперед, прямо на одну из атласных подушек лежавших на ковре. Гасан хотел добить поверженного врага выстрелом в голову, но в этот момент, адъютант Анненкова до этого судорожно хватавший клапан кобуры наконец-то справился с волнением, достал свой пистолет и выстрелил в террориста. С расстояния в несколько шагов было очень трудно промахнуться. Пуля попала в Гасана, но рана оказалась не смертельной. Превознемогая боль он дважды смог выстрелить в грудь адъютанта, который стал стремительно оседать рядом с неподвижным телом своего командира.