- Коня! Запасного коня! Скорее, у меня важные новости для курбаши! – требовательно выкрикнул Ахмеджан, командиру дозора Безносому, у которого лицо, было сильно обезображено оспой. – Мы захватили русского, он явно много знает, судя по его нашивкам на мундире и его как можно скорей нужно доставить курбаши на допрос.
Действительно за спиной одного из всадников Ахмеджана красовалась фигура пленника со скрученными за спиной руками и привязанного к крупу лошади.
- Спусти его Иса, а то он совсем задавит твоего коня – приказал Ахмеджан и всадник послушно стал стаскивать пленника на землю. Молодой уйгур уже успел оглядеть цепким взглядом басмачей и убедился, что ничего нового в его отсутствие не произошло. Их по-прежнему было девять человек, и все они, включая караульных, приблизились к прибывшим разведчикам, чтобы посмотреть на добычу Ахмеджана. На том, что исмаилиты были послушными исполнителями воли своих пиров, но при этом оставались сугубо гражданскими людьми, по случаю взявшими в руки оружие и строился весь расчет поручика Рокоссовского.
- Кафир, кафир! – громко переговаривались между собой басмачи, возбужденно тыча в пленника пальцем, выстроившись вокруг него полукругом. Изнывавший все это время от безделья, Безносый решил напомнить всем кто здесь главный и, оттолкнув с дороги зазевавшегося басмача, приблизился к русскому.
Презрительно усмехнувшись, он рывком приподнял с помощью тяжелой камчи подбородок пленника и на ломаном русском произнес: - Кто ты такой!? Отвечай!
Стоявший перед ним человек не отвел глаз перед злобным взглядом Безносого. Прижавшись к боку лошади, он так холодно посмотрел на главаря басмачей, что у того по отношению к пленнику в разы прибавилось злобы и злости. Безносый уже хотел ударить наглеца по лицу, но тот неожиданно разлепил свои губы и громко и внятно ответил: - Я твоя смерть.
Эти слова сильно рассмешили Безносого и он, уже собирался засмеяться, как пленный неожиданно вскинул, до этого связанную за спиной руку и без колебаний выстрелил в грудь басмачу прямо в сердце.
Выстрел Ерофеева, а это он решил сыграть роль пленного, стал сигналом к действию людей Ахмеджана. Каждый из бойцов выстрелил в заранее выбранного для себя басмача, которые словно пугливые куропатки разом отпрянули в стороны, едва только раздался первый выстрел.
Звонкий звук спорадических выстрелов далеко разнесся в разные стороны и на них разом устремился весь отряд Рокоссовского. Словно на крыльях летели всадники молодого поручика, но когда они достигли место засады, то там уже все было кончено. Из всех восьмерых басмачей только один Чирь, помощник Безносого, сумел избежать пули от уйгуров. Заметив движение среди людей Ахмеджана, он вовремя сумел отскочить в сторону и, ударив саблей ближайшего противника, стремительно петляя, как заяц, бросился к привязанным к камням лошадям.
Возможно, фортуна и улыбнулась бы ему, но ему наперерез устремился молодой Ахмеджан, который на всем скаку рубанул саблей беглеца и тот моментально рухнул под ноги жеребца уйгура.
- Хорошо, Ахмеджан. Просто прекрасно. У меня самого лучше не получилось – подбадривал уйгура поручик – теперь бы только не подвел бы нас господин Колодяжный со своим монстром. Эх, не подвел бы.
Рокоссовский с надеждой и мольбой посмотрел на запад и словно в ответ на это, в небе показался долгожданный аэроплан. Вначале был слышан только звук работающего мотора, а затем показался и сам самолет, который словно обидевшись на язвительное прозвище «монстр» гудел, натружено и басовито.
Поручик дождался пока аэроплан приблизиться с ним и подал с земли условный сигнал о том, что все идет по плану. Самолет в ответ покачал крыльями и продолжил движение.
- Скачи друг. Теперь все в твоих руках, а мы тут же подоспеем – сказал поручик, и отряд уйгуров сорвался с места.
Мирно спящий лагерь курбаши Джунаидхана был разбужен громкими пронзительными криками, неожиданно появившихся всадников Ахмеджана.
- Русские! Русские аскеры идут! Сейчас будут здесь, а вместе с ними летит ангел смерти!!! – эти слова мгновенно превратили лагерь басмачей в огромный растревоженный осиный улей. Джунаидхан вместе со всеми своими нукерами, выскочил из своего белого шатра, и тревожно озираясь по сторонам, пытался разобраться во всем происходившим.
- Где враг!? Где ангел смерти!?– гнев выкрикнул курбаши Ахмеджану, едва тот подскакал к его шатру – Немедленно прекрати сеять панику! – приказал он уйгуру, потрясая перед его лицом рукой с зажатым в ней маузером.