— Давайте ближе к Милене, — не пожелал касаться скользкой темы Морской.
— Я постараюсь вспомнить дословно, — покорно переключилась Ирина. — Она говорила, мол, даже те, кто раньше и не взглянул бы на простую официантку, теперь теряли голову всего лишь от ее улыбки. И, мол, конечно, это некрасиво, но ей понравилось играть в такие игры. Приятно, когда вам вдруг признаются в пламенных чувствах и говорят, мол, никого так раньше не любили. Она говорила во множественном числе, но, уж поверьте моему женскому чутью, речь шла о ком-то конкретном. И еще она сказала: «И даже делали подарки, что, конечно, ужасно несовременно и ни к чему, но все-таки приятно. И говорили уйму комплиментов», — Ирина закатила глаза и пафосно воспроизвела: — «О! Твои кудри — словно волны океана, а твои руки — словно колыбель». — Ирина на миг задумалась, и скривилась. — Как пошло, правда? И при том на «ты»! Бедняжка, видно, правда раньше и не знала мужского внимания, раз этим восхитилась… — Ирина снова перешла на деловой тон. — И вот, мы знаем, что Милена отдала для подкупа служащей какое-то кольцо. Я только час назад вдруг поняла, как это важно. Откуда она его взяла? С собой в поездку она брала лишь самые любимые личные вещи и так просто раздавать их не стала бы. Я кольца не ношу, а значит, вместе с комплектом реквизита под «мой образ» кольцо не поступало.
— Что ж это получается? — Светлана первой подхватила мысль Ирины. — Заделавшись красоткой, Милена с легкостью кого-то охмурила. Причем, раз в Харькове ходила на свидание, выходит, это был кто-то из харьковчан.
— И может быть, из тех, кого она знала раньше и искала в Харькове. Из тех, кто раньше на таких, как она, и не смотрел, а вот теперь ее наконец оценил, — дополнила Ирина, и тут же пошла на попятную. — Впрочем, это лишь домыслы. Вполне возможно, что про «раньше и не смотрели, а теперь готовы терять голову» она говорила в общем, обо всех смотрящих на нее по-новому джентльменах, а уже когда перешла к конкретным словам — это было о нем.
— О том самом убийце! — радовалась Света. — Он подарил кольцо, она его передарила. Он оскорбился и ее убил! Найдем этого вспыльчивого ухажера, считайте, и убийца у нас в кармане!
— Убил из-за вот этой безделушки? — Коля показал присутствующим снимок кольца.
— Старинное! Красивое! И очень характерное! — раздались комментарии.
— Тук-тук! — в этот момент какой-то паренек ворвался в кабинет.
— Что надо? — рыкнул Коля. У новенького парня с красным носом была дурацкая привычка заходить и лишь потом обозначать свое присутствие. Его коронное произносимое словами «тук-тук!» уже неделю все обсмеивали, но новичка это ни капли не смущало.
— Меня прислали сказать, что там работник «Еврейского клуба им. Третьего Интернационала» дал показания. Он в кабинете у Игната Павловича. Пойдете?
— Да, конечно! — подскочил Коля. — А вот и наш ответ из синагоги, — бросил он присутствующим. — Я скоро буду. Ждите здесь! Вернусь с победой!
Вернулся в кабинет Коля в куда менее боевом настроении. Хотя новости были хорошие.
— Работник этого вашего клуба, бывшей синагоги, тот еще жук. Должен был доложить о визите иностранки сразу, но не стал этого делать, так как «счел ее визит личным и не важным». Лишь когда к стенке приперли, раскололся. В первое же утро пребывания в Харькове Милена после адресного стола пошла в бывшую синагогу.
— Приперли к стенке? — вскинула брови Ирина. — Расскажите, как это. Что? — она поежилась под гневным взглядом Морского. — Мне, может, тоже это предстоит. Вот я интересуюсь, к чему готовиться.
— Ему объяснили, что все серьезно, — твердо произнес Коля. — А также рассказали, что мы знаем о визите к нему Милены Иссен, и если он молчит, то получаем основания подозревать его в причастности к убийству. Он, кстати, был действительно расстроен, когда узнал, что Иссенберг убили. Он знал ее еще по жизни в Харькове и относился к ней весьма тепло.
О том, что у допрашиваемого была расквашена губа, Коля промолчал. Самому было противно, зачем еще другим такие гадости рассказывать. Формально он даже понимал, что кто-то из ребят решил ускорить дело или, может, не выдержал наглой лжи следствию в лицо.