Руби весело усмехнулась, но Кай эту усмешку воспринял, как истерическую.
— Звучит очень нездорово. — Он сказал это с осуждением. — Руби, все, что ты говоришь, отряд и семья, что-то мне подсказывает, что так считаешь только ты одна. Что бы там ни было, это армия.
— Какого хрена, Кай? — Огрызнулась Фой. — Как ты смеешь так говорить, если ничего не знаешь? Ты не знаешь этих людей. Они — все, что у меня есть, и этого у меня не отнять. Только им я могу доверить свою жизнь.
— Да, я не знаю всего, но ты сама и без меня понимаешь, что охотники в отряде, как расходный материал. Людям свойственно умирать.
— Заткнись! — Бросила Руби и спрыгнула со стола.
Кай хотел её догнать, остановить, извиниться, лишь бы не закончить все вот так. А Руби вдруг резко остановилась в коридоре. Она вспомнила, что произошло вчера. Постаралась включить эмпатию, которая у нее хромала.
Когда она вернулась на кухню, Кай стоял на том же месте, согнувшись пополам, будто ему было больно. Но услышав шаги, он выпрямился и с удивлением смотрел на Руби.
— Говори что угодно, но одного я тебя сейчас не оставлю.
Кай молчал. Он все еще не отошёл от шока из-за возвращения Руби.
— Ты прав. Это правда армия. И моя любовь к ней в какой-то степени нездорова. Так что давай без разговоров о Жнецах. Поговорим о чем угодно, только не об охотничьем мире.
— Договорились!
Кай отошёл к плите и начал готовить завтрак. Он продолжил непринужденно болтать с Руби.
Ему просто хотелось её узнать. Даже если это были ее вкусовые предпочтения. Кай узнал, что Руби очень любит фруктовый лед, но не ела его уже много лет. Она любит корки от пиццы и доедет её целиком. Потому что пицца для нее — та еще роскошь. Руби рассказала, что любит паромы, поезда, долгие поездки и прогулки. Но вопреки этому пользуется ими только в крайних случаях, поэтому наслаждаться этим не доводилось. Кай понял, что она говорит о случаях слежки. Еще Руби рассказала, что красные волосы и программирование — это буквально единственные вещи, которые она позволила себе взять от себя настоящей.
— Должно же быть еще что-то такое, что ты оставила? — С горечью произнес Кай, наполняя три тарелки яичницей в беконом. Руби в это время укладывала тосты и бутерброды.
— Нет. Даже фруктовый лед я себе запретила. И корки от пиццы. И кино. И музыку. И...
Руби смолкла. Слова чуть не слетели с её языка.
— Это очень печально. — Кай взял тарелки, и кивнул на оставшиеся, как бы намекая, что пора возвращаться в комнату.
Они оставили тарелки на столе, включили чайник, а сами вернулись на кухню, чтобы прибрать за собой.
— Если бы мне сказали, что ты будешь на этой кухне помогать мне готовить завтрак...
— Ой, прекрати! — Перебила его Руби, шлепнув тряпкой.
— А что? Это разве не странно?
— Ух ты!
На пороге кухни стоял парень. И был он без футболки. Сонный вид свидетельствовал, что он отсыпался на выходных, как и все. Руби обеспокоенно нахмурилась, увидев его.
— Привет, Джейсон, — неохотно поздоровался Кай с соседом.
— Ну ты задал жару вчера. Новости трещат.
— Ты явно преувеличиваешь, — постарался отмахнуться Хенсен, продолжая тереть тряпкой и без того чистый стол.
— Даже на городском канале было. — Джейсон все время косился на Руби. — А вы теперь снова вместе?
— Джейсон...
— Эй, Джейсон! — Окликнула его Руби. — У тебя слишком мало извилин, чтобы понять одну простую вещь. Эта вещь называется тактичность. Попробуй как-нибудь на досуге посмотреть значение этого слова.
— Руби... — Простонал Кай.
— Тише, девочка! — Парень выставил руки в защитном жесте. — Все, я тактично удаляюсь.
Руби еще кипела от гнева, когда развернулась к Каю.
— Что мы говорили о личных границах?
— Ну, с этим туго, потому что моя мать буквально использовала меня как цирковую обезьянку на мероприятиях, подобных вчерашнему, где меня каждый трогал, пытался со мной заговорить, сюсюкался, а отказаться или нагрубить им я не мог.
Гнев сменился на некий ужас. Она до сих пор не понимала, как можно вот так обращаться с собственным ребёнком.
— Ладно, идем есть.
Чайник к их приходу вскипел, и Кай поставил четыре кружки.
— Что будешь пить?
Фой рассмотрела разнообразие напитков на полке, где были чайные пакетики разных вкусов, кофе разных видов, упаковки какао, горячего шоколада. Также рядом стояли соки в стеклянных бутылках.