Именно поэтому мы с Марком, два уставших от хмурых дней человека, сидели в этих велюровых креслах и мечтали о поездке на море, куда-нибудь подальше от этих дождей. Шум морской волны, горячий песок, легкий бриз, вокруг красивые девушки в купальниках, в руке холодный коктейль – и никакой работы.
Вернул нас с небес на землю, разумеется, наш главный учредитель.
Закрывая зонтик, в дом ворвался донельзя реальный, в отличие от наших мечтаний, Хикматов. Чертыхаясь и ругая все на свете, он снял плащ, скинул с ног туфли и отправился мыть руки. Наш паркетный пол в холле покрылся дождевыми каплями, и я поспешил туда со шваброй – протереть пол, чтобы потом на нем не осталось разводов от капель.
– Ну, и как оно? – подливая себе чай в пиалу, спросил он. – Изучили составленную мной отчетность? Довольны?
– Мы получили чистыми очень хорошие деньги, Якуб. Почти четыреста тысяч на человека выходит. Это же невероятно! – весело заявил Торбов.
– Вы с Денисом получили по триста восемьдесят две тысячи. Я, разумеется, получил побольше. По-моему, неплохой результат, коллеги, – загадочно улыбнувшись, сказал он. – Учитывайте, что расходы на содержание нашей резиденции в основном ложатся на бюджет компании, а не на наши с вами личные карманы. Мы живем тут, получается, за счет ООО «ХАТ-Фарм» и получаем вдобавок отличные деньги. В следующем году будет еще больше, если с урожайностью все будет в порядке. К тому же, мы накопили внушительный резервный фонд, который позволит покрыть практически любые непредвиденные расходы. Замечательно, не правда ли, господа бизнесмены?
– Это вообще офигенно! – Марк не унимался. – О таком результате, Яш, мы даже и думать не могли, когда все это заваривали. А сейчас посмотри – какая резиденция, какая прибыль и какой резервный фонд. Это же просто песня, да?
– Да, но не забывайте – у нас есть кредиты. Как ваши потребительские, так и наш, взятый от лица компании. С ними нужно расплачиваться, потому что размер у них приличный. Чем раньше мы с ними рассчитаемся, тем раньше сможем обрести полную финансовую независимость.
Марк кивнул и сказал, что с потребительскими кредитами проблем нет. При условии, что в следующем году мы будем получать еще больше денег, наши с Торбовым кредиты можно будет закрыть уже через полтора-два года.
– Но какие же планы у нас на зиму, шеф? – спросил я. – Выращивать-то мы ничего не сможем. Как мы переживем ее? Зима уже близко, – я улыбнулся.
– Есть у меня несколько идей, знаете ли. Кто знает, быть может, у нас все получится, – Якуб резко замолчал и уставился на свою пиалу с черным чаем. – Урожай ведь мы весь распродали, получается. Теперь торговать нам нечем, но у меня есть в загашничке идея.
– Кстати, дорогой мой Якуб, а где ты пропадал весь день? – спросил резко я. – На сообщения не отвечал, на звонки тоже. С утра пораньше куда-то исчез, и вот, в восемь вечера только вернулся. Колись, давай!
– В Санкт-Петербурге, Денис, – коротко и как-то загадочно ответил он и шмыгнул носом.
– Где-где? Ты че, совсем что ли? Почему ты нам ничего не сказал? – у Марка эмоции сменялись очень быстро. – И чего ты вообще там делал, Хикматов? Нас с собой взять нельзя было? – спросил он как-то по-детски, обиженным тоном.
– Я встречался там с человеком, – ответил Якуб, с неохотой взглянув на Торбова и затем неторопливо отведя взгляд в сторону.
– С кем же? – Марк отложил в сторону все бумаги и уставился на нашу лягушку-путешественницу.
Стрелки настенных часов, кажется, замедлили свой ход, а их шаги становились все громче и громче с каждым мгновением.
– Вдова Боброва, Светлана Викторовна Тимерова… – плотно сомкнув губы, резко начал он. – Она умерла в четверг на этой неделе. Инфаркт. Я был на похоронах.
Повисла немая пауза. Мы переглянулись друг с другом и почти синхронно вздохнули.
– Ну, пусть земля ей будет пухом, – несколько растеряно сказал Торбов. – Не сильно долго она пережила своего второго мужа. Тяжелая жизнь, конечно, у этой женщины, похоронить двоих мужей и остаться в полном одиночестве – ни детей, ни родственников, а только недвижимость. После смерти человеку нужна всего одна недвижимость – участок на кладбище: с собой ничего на тот свет не утащишь.
– Она завещала нашей организации все ее имущество, – тихий и спокойный голос моего товарища производил какой-то гипнотический эффект. – Абсолютно все. Вы понимаете?