Но Вадим тут же из чувственного созерцания был возвращен с небес на землю тем же повелительным голосом:
— Не отвлекайтесь, смотрите только на меня.
Кивком головы он дал понять Кассандре, что сеанс можно начинать. Она приложила руку ко лбу гипнотезируемого и молча дала знак отцу. Тот бросил пристальный взгляд в зрачок правого глаза Вадима, потом последовали продолжительные пассы сверху вниз, с головы до уровня желудка. Минут через пять все убедились, что пленник погрузился в гипнотический сон.
— А теперь я сам разговорю вас, — проговорил Колымей, — узнаю, с какими мыслями вы забрели туда, где вас никто не ждал. Назовите свое имя?
— Вадим Базалов.
— Кем работаете?
— Следователем.
— Какое дело расследуете?
— Их два. Первое: убийство Рэма Багратова, таинственное исчезновение его трупа. Вслед за этим последовало убийство его жены, похищение ее матери и сына. Дело второе: история, связанная со старинными золотыми монетами, которые через антикварный магазин заполонили город…
Андрей в полном изумлении следил за происходящим, испытывая понятную гордость за своего кумира. Мог ли он еще вчера предположить, что окажется в гостях у живого «покойника» и будет следить за магическими манипуляциями великого магистра, сознательно замуровавшего себя в недоступном храме, огороженном от внешнего мира трясинами? Неужели он может так легко проникать в сознание человека читать его мысли? Неужели и это в его силах?
Неожиданно его кумир, встретив на себе укоризненный взгляд Кассандры, осекся. Андрей понятия не имел, чем вызвана эта заминка.
— Не говорите ничего лишнего, а только отвечайте на мои вопросы, — приказал Колымей и продолжил допрос. — Значит, вы проделали огромную работу, прежде чем выйти на меня?
— Да
— Может быть вспомните, по какому адресу вы искали меня, точнее Кассандру, дочь мою?
— Вашу дочь? — с оттенком сомнения спросил Вадим.
— Здесь вопросы задаю я, только я, — раздраженно осек его чародей.
Вадим назвал адрес.
Теперь Колымею было предельно ясно, какой родственничек так дотошно через соседей доискивался встречи с Кассандрой. «Пронесло» — подумал он и посмотрел на дочь, которая даже не догадывалась, что у ее отца есть сын.
— Все ясно… Кроме вас еще кому-нибудь известен этот адрес?
— Думаю, нет.
— С какой целью вы явйлись сюда?
— Выйти на след Колымея, уточнить версию его гибели…
— Можете не продолжать отвечать на этот вопрос, — снова оборвал его Колымей.
Однако Вадим продолжал рассказ о своих предположениях относительно судьбы профессора. Колымею ничего не оставалось, как слушать. Потом спросил:
— Вам предложили расследовать дело о монетах?
— Да.
— Продолжайте. Что было дальше?
У Вадима действительно развязался язык. Он поведал, как шаг за шагом приближал эту встречу, которая в конечном счете подтвердила правильность его предположений.
— С кем вам пришлось встречаться в ходе расследования? Назовите их полные имена?
— Аскольд Евгеньевич Муратов… Валерий Самуилович Хлебников… Василий Илларионович Ладынин…
— Говорите, Муратов? — переспросил Колымей.
— Да.
— Каков он из себя? -
— Стареющий человек приблизительно вашего возраста, не склонный к полноте, с серьезным вдумчивым взглядом, широким любом…
Вадим заколебался, не зная, продолжать ли свой рассказ, но слова вырывались из него сами собой. Он поведал все, что знал о Муратове, даже об обществе по аномальным явлениям и парапсихологии, на заседании которого присутствовал. И о том, что Аскольд Евгеньевич выделил
трех парней для организации поисков Арсена Давидовича Багратова.
Колымей расхаживал по беседке, иногда молча кивал. Его смятение и раздражение на время отступили, а вскоре и вовсе исчезли бесследно, точно клуб дымки над болотом, унесенный порывом ветра. Он неторопливо поднял руку.
— Хватит, остановитесь.
Кассандра дунула Вадиму меж глаз, слегка потерла его лоб, стиснула руками его виски. Колымей произнес:
— После третьего удара в руку можете просыпаться. Раз, два, три…
Вадим открыл глаза, протер их.
— Где я?
— Следователь Базалов, — услышал он, и его взору вновь предстал живой профессор. — Следователь Базалов, приношу вам свои глубочайшие извинения. Теперь я знаю, что вы со своим напарником явились сюда с миром. Но… Но лучше бы вы не приходили. Вы единственные, кто смог раскрыть тайну моего существования, которую я скрывал от внешнего мира все двенадцать лет. Информация, которую я услышал от вас, потрясла меня до глубины души — за вашими скупыми словами передо мной воскресал целый мир, в котором я когда-то вращался.