Автора безымянной заметки в «Городских новостях» найти было нетрудно. Тот сидел в небольшой накуренной комнатенке за столом, заваленном бумагами, а напротив, спиной к вошедшему Жану, расположилась женщина. Она что-то говорила, а репортер пожелтевшими кончиками пальцев водил ручкой по бумаге — со скрипом и на высокой скорости, исподлобья бросая на нее доверительный взгляд.
— Вы ко мне? — оторвавшись от писанины, спросил он.
— Возможно, — ответил Жан. — Я по поводу заметки об исчезнувшем трупе.
— Очень кстати, присаживайтесь, — репортер привстал, протягивая руку для приветствия. — Николай Зюзин.
— Жан Осипов, — пожимая руку, представился следователь.
— Кажется именно вы непосредственно занимаетесь этим делом? — спросил Зюзин, обладатель тощего, но мускул истого тела, продолговатой головы с бегающими глазами, которую венчали взлохмаченные рыжие волосы.
— Поэтому и пришел, — холодно отозвался Жан. Он сел на стул и ткнул пальцем в газету, лежащую на столе. — Вы Что, популярная газета или мистический альманах? Поверить какому-то телефонному звонку и переполошить весь город…
— Не горячитесь, — поднял руку Зюзин. — Заметка о встрече с покойником, между прочим, в самом живом виде находится рядом с вами. — Он указал на сидящую рядом женщину. — Знакомьтесь, Зинаида Николаевна Хотькова.
Жан посмотрел на нее и улыбнулся. За столом сидела женщина лет за тридцать в хлопчатобумажной мужской сорочке с рассыпанными по плечам светлорусыми волосами. Она совершенно спокойно, без тени смущения встретила его взгляд.
— Извините за кавалерийский наскок, — несколько рассеянно проговорил Жан. — Меня действительно шокировала эта публикация.
— У вас к нам претензии? — поинтересовался Зюзин.
— Претензии у меня к своему начальству, которое дало вам непроверенные сведения. Но с этим мы сами разберемся. К сожалению, сенсации, за которыми вы охотитесь, не всегда безобидны, порой ломают чужие судьбы. Да, сперва все улики были против Светланы Михайловны Багратовой. Но ведь это нормальный процесс расследования со своими находками и ошибками, не подлежащими разглашению до выявления истины. И вот газета — бах! — выстрелила и перевернула все вверх дном.
— Так прямо — вверх дном? — не без иронии парировал Зюзин.
— Знаете ли вы, что в том самом гробу, где еще недавно лежал Рэм Багратов, сейчас лежит его жена Светлана?
Пока Николай и Зинаида переваривали смысл услышанного, в комнате царила гробовая тишина.
— Не может быть! — мрачно воскликнул Зюзин, и его глаза полезли на лоб.
— Не могло бы, если бы не эта злополучная заметка, — ответил Жан и пояснил: — Именно после выступления газеты ее задушили и бросили мертвой в гроб, из которого исчез ее муж. Как это вам нравится? Теперь даже сомневаюсь, будет ли когда-нибудь вколочен последний гвоздь в этот заколдованный гроб.
Жан вкратце изложил о событиях, последовавших вслед за заметкой: убийство Светланы, покушение на следователя, исчезновение матери и сына Багратовой.
— Действительно, заколдованный гроб, — продолговатая голова газетчика вместе с бегающими глазами закачалась, как маятник, и на его лице обозначилось недоумение. — У вас есть предложение?
— Не буду против, если дадите в газету все, что услышали от меня, но с одним условием: как-то поделикатнее оградите Светлану Михайловну от обвинения. И не только потому, что она мертва — я имею доказательства ее невиновности.
— Это можно сделать в том случае, если будет доказано, что Рэма отравил кто-то другой, — возразил Зюзин.
— Поймите, расследование любого дела — живой процесс, — тихо, с напускным равнодушием сказал Жан. — И если бы так легко было сразу вычислить преступника, то нашу профессию давно бы упразднили за ненадобностью.
— Хорошо, — после недолгого обдумывания предложения согласился Зюзин. — Условия принимаю.
— Вот и отлично. Впредь прошу пользоваться только моими сведениями. — Жан сделал ударение на слове «впредь». — У этой истории, думаю, долгая жизнь и, видимо, газета еще не раз будет сотрясать город.
— А мистику вы отрицаете? — вдруг спросил репортер.
Жан перевел взгляд на Зинаиду, и его глаза снова потеплели. Она обладала потрясающей женственностью, чем-то таким, чем можно полностью разжечь в мужчине такой огонь, который гаснет только окончательным обладанием.
— О мистике, если вы не возражаете, мы поговорим с Зинаидой Николаевной: ведь именно она повстречала призрака.
— Думаете, я буду полезной следствию? — вкрадчиво спросила она.