— Вот где действительно нет худа без добра, — многозначительно изрек Колымей.
— Ты что имеешь в виду?
— Последствия преследования, — ответил Колымей и тут же пояснил: — Раз его засекли в городе, значит нашу обитель никто из преследователей Мидаса тревожить не будет. Им нужен он и только он.
Колымей наполнил рюмки. Приложившись к коньяку и время от времени набивая рот основательными порциями долмы, Игнат заключил:
— Мидас благополучно прошел к самолету, взобрался по трапу, даже помахал мне рукой на прощание. — Поразмыслив, спросил: — Ты думаешь, он обязательно должен возвратиться?
Проницательные глаза Колымея блестнули одобрением.
— Вне всякого сомнения, друг мой. Он привязан к нам, к нашему замку, считает его своим земным домом. К тому же, ворвавшись в плоть покойника со своими возможностями и памятью, его дух вошел в биологическую связь с нами.
Игнат достал из внутреннего кармана пиджака обернутый в черную ткань револьвер и положил на стол.
— К счастью, не пригодился, — глухо произнес он.
41
Теперь Жан жил в двух мирах. Связи с Зинаидой, ставшие до того тесными и привычными, что, казалось, продолжались целую вечность, переплелись с рабочими тяготами. Он уже привык к ее простым манерам, их отношения складывались на взаимном согласии. Она дарила ему покой, уверенность, что в его нервной работе были необходимы, помогали сбрасывать накопившиеся за день усталость и напряжение. Зинаида поняла, что Жан живет в полном согласии со своей совестью, была уверена, что мир не перевернется, Земля по-прежнему будет вращаться и звезды будут безоговорочно мерцать на небосклоне, если станет больше таких, как он.
В это утро она проснулась рано, чтобы приготовить ему завтрак и проводить на работу.
— Яичница тебя устроит? — спросила она.
— Вполне.
— А что ты желаешь на десерт?
— Тебя.
Она мгновенно скинула с себя халат и, представ перед ним в обнаженном виде, мило улыбнулась:
— Десерт готов.
— Зина, не искушай искушенного, — взмолился он. — Ты меня когда-нибудь окончательно доконаешь.
— Лучше я, чем твое твердолобое начальство, — и она громко рассмеялась.
— Побереги десерт до вечера, — сказал он, усаживаясь за стол. — У меня в голове сплошной сумбур от этой дьявольской работы.
Позавтракав, Жан поехал в управление.
С утра он решил еще раз покопаться в двух папках, проверить, ничего ли не упустил во время расследования. Но тут затрещал телефон.
— Зайди ко мне, — услышал он голос Маркина.
Жана продолжала бесить непредсказуемость шефа. То он неприступной стеной стоял и оборонял Васина, считая его невинной овечкой, то, изменив тактику, валил на арестованного метрдотеля все грехи. Как он поведет себя на этот раз?
— Закрывай дверь и садись, — сказал босс, когда Жан появился к каби-нете. — Получены результаты анализа из криминальной лаборатории. Ты хорошо сделал, что арестовал этого подонка Васина. Признаюсь, я был не прав, говоря, что ты выдвигаешь голословное обвинение.
Маркин посмотрел на него вопросительно, ожидая реакции. Хладнокровно встретив признание, Жан подумал: «Тебе начихать на мотивы преступления, лишь бы дело прикрыть. Ну, сгнила одна ветка на здоровом дереве — подрубят ее и другая вырастет».
— Но меня тревожит другое, — Маркин нахмурил брови,
— Что именно?
— Скажи, — шеф обрушил на Осипова тяжелый взгляд, надменный и чопорный, — по какому такому праву ты установил «жучок» в телефоне? И не где-нибудь, а прямо у меня под носом. Это, мягко говоря, нахальное самоволие.
— Обязан был проверить и поставил, — Жан старался не взрываться. — Только Наташа знала о моих планах и намерениях. Вот и проверил. Хочешь ты того или нет, а твоя подопечная — косвенная участница преступлений. Да-да, именно преступлений. И к исчезновению Аделаиды Андреевны с внуком она приложила руку.
— Что?
— Она сама призналась в этом, когда я прижал ее к стене. Да, она глупенькая, но по чьей-то указке выдавала информацию на сторону.
— Ты на что намекаешь?
— Вот поговорю с ней по душам, тогда и скажу. Сергей, если честно, то мне ужас как надоели твои придирки и подозрения, точно мы вдруг оказались по разные стороны барьера. Ты сам всегда говорил, что для достижения результата все средства хороши. Забыл что ли? Неужели ты считаешь нормальным, что именно из нашего управления идет утечка секретной информации, что головорезы буйствуют, что им известен каждый мой шаг, каждое мое решение? Если бы не эта девчонка не было бы тех преступлений, которые совершаются одно за другим. И вообще, Сергей, в последнее время я перестал тебя понимать.