— Родственник? — Кассандра открыла рот от удивления, зная, что единственным родным человеком на всем белом свете был для нее только отец.
— Да, родственничек, — порывисто тронув ее руку и придвинувшись поближе, повторила соседка. — Сказал, что приехал издалека и очень хотел с тобой свидеться.
— Какой из себя: молодой, пожилой, старый?
— Лет под тридцать, — выпалила Варвара Степановна и выложила на стол клочок бумаги с номером телефона.
Соседка стала во всех подробностях рассказывать, как тот обходил квартиры, расспрашивал о Кассандре, но так ни с чем и ушел. Когда же запас слов у «любопытной Варвары» стал иссякать, она с удовольствием пропустила предложенную ей рюмку бренди. Полина кинула на гостью острый взгляд, будто присутствие ее обжигало ей сердце. Она даже хотела сказать что-то резкое, но тут же взяла себя в руки.
— Спасибо за информацию, — произнесла Полина без малейшего дружелюбия в голосе. — Пожалуйста, извините, но мы очень торопимся.
Варвара Степановна поняла, что ее присутствие не кстати, и, извинившись за беспокойство, ушла.
— Ума не приложу, — смущенно пробормотала Кассандра, — что это значит. Тут что-то не так.
— Отец ничего не рассказывал о родственниках? — спросила Полина.
— Говорил, что мы с ним одни на этом свете, — слабым голосом проговорила Кассандра.
— Чтобы не терзаться в догадках, сделаем вот что, — предложила Полина. — Ты оставайся, а я на минутку сбегаю кое-куда.
Прикрыв голову газетой, чтобы дождь не промочил ее насквозь, она выбежала на улицу и вскоре вернулась.
— По-моему, это был мистический родственничек, — сообщила она. — Я позвонила по этому номеру и знаешь куда попала? Прямо в следственное управление.
Охваченная тревогой, Кассандра прошептала:
— И что все это значит?
— Это значит, что пока мы здесь, никому нельзя отворять дверь, даже Всевышнему. К сожалению, дождь накрепко приковал нас к дому, так что помышлять о возвращении не будем. Давай лучше пировать.
Полина сделала еще один глоток бренди.
— С выпивкой всегда веселее, особенно когда за окном ливень, а в доме тихо и уютно.
Не успела она произнести последние слова, как вспышка молнии озарила окно и тут же надтреснуто пронесся громовой раскат. Сильные порывы ветра, завывая, накатывались, как морские волны, сотрясая рамы.
Кассандра вышла на кухню, вернулась с кофейником.
— Очень кстати, — заметила Полина. — Кофе и бренди очень подходят друг к другу, они как жених и невеста, — и лукаво улыбнувшись, погрозила пальчиком: — Знай, милочка, что тетя Поля наблюдательна. Я заметила, что ты по уши влюблена в Мидаса. Правильно ли я говорю?
— Да, — выдавила из себя Кассандра.
Игра воображения снова унесла ее в мятежное море грез. Она чувство-
вала в себе самой отражение сильной воли и властности Мидаса, его постоянное присутствие рядом, будто они только что расстались, звук его мелодичного голоса еще не утих в ее ушах.
— Должна предупредить тебя: отец нашел верный способ удержать тебя подле себя. — Полина с удовольствием отпила крепкий черный кофе. — Ты пообщалась со своим принцем?
— Думаю, это он, — задумчиво произнесла Кассандра.
— Не пойму, о чем ты?
— Мы с ним уже не раз встречались.
— Не на том ли свете, милочка?
— Он часто приходил ко мне ночью.
— Какой ты бред несешь, моя бедная девочка. До чего ты слепа, если сон принимаешь за явь. Во сне можно и с чертом, и с дьяволом обниматься. А на яву? На яву ты разве видела его до встречи на болотах?
Кассандра кивнула.
— И отец это подтверждает. Он нарисовал в моей памяти образ Мидаса еще до того, как тот появился у нас дома, и как всегда был прав — точь-в-точь…
— Хитер твой отец. Скажу тебе честно, почему он к таким уловкам прибегает. Пожилые люди в большинстве своем не хотят перемен, вот и идут на всякие ухищрения, чтобы все оставалось по-прежнему. Молодые, наоборот, жаждут перемен. Видимо, ты являешь собой исключение. И мне больно смотреть, как увядает красивый и нежный цветок, как опадают его яркие лепестки.
Кассандра с легким укором посмотрела на нее.
— А я так не думаю. Мне кажется, что перемены вот-вот наступят, и коснутся они непосредственно меня. Очень скоро, говорит отец, произойдет нечто такое, от чего дух захватит. И я ему верю… Я всегда ему верю.
— Пойми же, моя Девочка, слепое поклонение отцам не всегда лечит, иногда и калечит.