Пара деревянных столов, опрокинутых на бок на манер баррикад и разбросанная повсюду посуда непрозрачно намекали, что начавшаяся во время моего ухода потасовка переросла в нечто большее. И к этому моменту, по всей видимости, ещё не завершилась.
— Убери свои пёсьи лапы от меня!
Широко распахнув глаза, я с удивлением узнала голос Саши. А, пошарив взглядом по небольшому помещению, обнаружила и его источник. Девушка, зажав в руке подобие половника, грозно таращилась на мужчину, сжимающего её запястье:
— Чё сказала? Мелкая паскуда, сейчас научу, как со старшими разговаривать.
Из-за одного из столов высунулась рука. По гербу на манжете я узнала в её обладателе охранника, отправившегося с нами. Кажется, он был младшим рыцарем рода Виллар. Ловко отправив пивную кружку точно в голову мужчине, рука тут же скрылась обратно.
Получив неожиданную помощь, Саша извернулась и ударила мужчину между ног. Взвыв, он, наконец, выпустил её запястье и тут же получил половником по затылку. Убедившись, что больше мужчина ничему научить её не в состоянии, девушка отскочила в сторону, по пути отдавив каблучком руку валяющегося на полу пьянчужки, уже собравшегося схватить её за щиколотку.
Не в силах смотреть на творящееся безобразие, я поспешила сделать шаг вперёд, утягивая последовавшего за мной юношу за спину. Нечего детям лезть в разборки пьяных взрослых. Заметив нас, Саша в последний раз саданула по лбу собравшемуся подняться мужчине многострадальным элементом кухонной утвари и вежливо поклонилась:
— Госпожа Виллар, господин… — девушка замялась, бросила боязливый взгляд мне за плечо и тут же продолжила: — Свейн. Добро пожаловать. Приносим свои извинения за неподобающий вид.
«Свейн? Это же не фамилия рода. Выходит, имя? Судя по реакции, Саша не только знает того, кто перед ней стоит. Ей явно известен и титул и фамилия моего гостя. Но по какой-то причине при приветствии она использовала псевдоним. Ни в жизнь не поверю, что «Свейн» настоящее имя».
— Похоже, в моё отсутствие, вы неплохо проводили время? — я показательно окинула взглядом «поле битвы», стараясь не думать, с чего бы в голосе служанки появилось такое почтение: — Вы продолжайте, продолжайте. Не стесняйтесь.
Я сложила руки на груди. Саша снова бросила взгляд мне через плечо и покраснела. Это начинало нервировать. Рассмотрев среди поверженных «воинов» хозяина заведения и убедившись, что сейчас он встать не в состоянии, я тяжело вздохнула.
Стараясь ступать осторожнее, чтобы не вляпаться в остатки еды или липкие лужи пива, разлитого по полу, я дошла до подобия кухни. Съестных припасов обнаружилось не много. Прикинув, что с готовкой мне сейчас никто не поможет, я уже собиралась высунуться в зал и сказать Свейну, что придётся немного подождать. Но стоило обернуться, и я тут же уткнулась носом в обтянутую грубой тканью грудь. Мальчишка, похоже, всё время следовал за мной. Да ещё и абсолютно бесшумно.
Почувствовав, как встали дыбом волоски на затылке, я отшатнулась и выдавила улыбку:
— М-да… Не этого ты ожидал? Прости.
— Ну, ты тоже этого не ожидала, так что мы в одинаковом положении. — юноша легко рассмеялся, отступая назад и давая мне чуть больше свободного пространства: — Если проголодалась, я могу тебе что-нибудь приготовить.
Вообще-то этим собиралась заняться я, но раз уж мой новый знакомый сам предложил, отказываться от помощи не стала. В котелке на странноватом подобии печки обнаружился бульон. По запаху, вероятно, куриный. В корзинах под теснящимися вдоль засаленной стены столами нашлось немного картошки и моркови.
Решив, что не в моём положении чего-то стесняться, я ненадолго выскочила на задний двор и, срезав несколько перьев зелёного лука со скромной грядки, вернулась обратно. Свейн в это время уже взялся чистить овощи. К моему удивлению, получалось у него это на столько ужасно, что юноша в один момент даже чуть не порезался. И без кровопролитья день был не простым, так что я осторожно забрала у него нож и вежливо улыбнулась:
— Давай я почищу, а ты нарежешь?
— Ну вот, ну вот, я разочаровал Твоё Высочество. И что же мне теперь делать?
Свейн хитро улыбнулся, опираясь спиной о стол, на котором я как раз разложила помытые овощи. Обращение вышло до того естественным, что я не сразу обратила на него внимание. А позже оглянулась по сторонам, убеждаясь, что больше этого безобразия никто не слышал.
— Не будь таким беспечным. Такое обращение к простой графской дочери может кого-то оскорбить.
— И кого же можно оскорбить в таком месте?