«Неужели я действительно влюбилась? – снова и снова спрашивала она сама у себя, и сама же отвечала: – Наверное, да, иначе мне бы не было сейчас так больно от осознания того, что мы расстаемся».
Андрей снова мягко взял Катю за подбородок и приподнял ее голову. Он увидел дрожащие капли влаги на ее ресницах и прикоснулся к ним губами.
– Ты мне нужна, Катенька, – еле слышно прошептал он. – Очень нужна!
Он припал к губам девушки в долгом и сладком поцелуе, от которого у нее закружилась голова и подогнулись колени.
– Не уезжай, – попросила Катя, когда Андрей отпустил ее.
– Я не могу, не имею права. Ты же не хочешь, чтобы я получил строгий выговор на работе?
– Нет, не хочу, – засмеялась девушка. – Но еще больше я не хочу тебя отпускать.
– Я скоро приеду, даю слово. Думаешь, мне хочется тебя сейчас оставлять? Вон Москва какой город большой, мужиков хоть пруд пруди! Вдруг уведут? Я еще не уехал, а уже ревную, – улыбаясь во весь рот, весело говорил Андрей.
– Не волнуйся, не уведут. Если даже и захотят, я не позволю, – тоже засмеялась Катя.
– Провожающих просьба освободить вагоны, – раздался голос из репродуктора, – скоро отправление поезда.
Андрей полез в карман куртки и достал свой билет. Он протянул его проводнице, которая стояла у дверей, и, еще раз крепко поцеловав Екатерину, вошел в тамбур. Когда поезд тронулся, девушка еще долго шла за медленно движущимся вагоном и смотрела на Андрея, который сидел у окна. Только на самом краю платформы она остановилась и стояла до тех пор, пока состав не скрылся из виду.
– Ты только не обмани меня, – прошептала Катя и, развернувшись, медленно побрела к зданию вокзала.
На стоянке стояла ее машина, на которой она привезла Андрея, и Катя заранее вытащила ключи. На связке болтался брелок в виде маленького красного сердечка, и Катя улыбнулась, вспомнив, как он ей достался. Это было, когда они с Андреем ходили на концерт в Лучанске. Он тогда подошел к киоску, чтобы купить газету «Вечерняя Москва», и увидел на витрине это сердечко. Он почему-то купил его и, протягивая Кате, сказал:
– Пусть это маленькое сердце напоминает тебе обо мне, когда ты уедешь отсюда. И пусть это будет твоим талисманом. Он принесет тебе удачу, вот увидишь! У меня очень легкая рука, все так говорят.
Катя взяла в руки брелок и тут же прицепила его на снизку ключей, а тот, который был, выбросила.
«Ты действительно принесешь мне удачу, – подумала Катя, глядя на красный кусочек пластмассы. – Раз Андрей так сказал!»
Работа закрутила Екатерину в своем водовороте, поэтому для того, чтобы скучать, у нее совершенно не было времени. Каждый день, вернее, каждый вечер ей звонил Андрей и рассказывал новости. Вот и сегодня ровно в десять часов вечера раздался телефонный звонок.
– Добрый вечер, Катенька, – услышала девушка приятный голос Андрея. – Как ты там, девочка моя?
– Добрый. Твоя девочка только что притащилась с работы и умирает от голода, – жуя бутерброд с ветчиной, промямлила Катя.
– Приятного аппетита. Между прочим, женщине очень вредно есть на ночь, – сделал ей замечание Андрей.
– Не волнуйся, на меня эта вредность не распространяется. Сколько бы ни ела, все равно не в коня корм. Как весила пятьдесят семь кило в семнадцать лет, так до сих пор и ношу те же самые килограммы. Как там у тебя дела?
– Черкунова арестовали и вместе с ним еще несколько человек. Счет в банке заморожен, и я думаю, что те деньги, которые там имеются, присудят матерям детей-инвалидов. Во всяком случае, мой начальник, прокурор города, посоветовал этим женщинам подать иск в суд. Что они и сделали.
– А много было жертв? – поинтересовалась Катя.
– Выявлено двадцать восемь человек. Черкунов успел стереть информацию из базы данных компьютера. И это всего за четыре года, пока он был главврачом клиники! Представляешь, что он мог натворить в дальнейшем? Мы нашли у него в кабинете приглашение в Штаты – по обмену опытом. Наверняка он рассчитывал найти там «единомышленников», таких же жадных до денег, как и он сам. Ничего святого у людей нет! Ты бы только видела тех детишек! У меня прямо сердце стыло, когда мы ездили к матерям и они нам их показывали. А сколько нерожденных? Думаю, что эскулап получит по полной программе. Во всяком случае, прокурор настроен очень враждебно, мало Черкунову не покажется.
– А суд где будет? Ты же говорил, что дело передали в Москву.
– Так и есть. Но наш прокурор обязательно будет присутствовать на процессе как главный обвинитель. Все же происходило в нашем городе.
– Понятно. Нужно, чтобы для таких людей существовала высшая мера наказания – расстрел, – сказала Катя. – Тем более что он врач и давал клятву Гиппократа! Неужели люди бога не боятся?
– Для них существует один бог – это деньги, – проворчал Андрей.
– Слушай, Андрюш, я все забываю у тебя спросить о тех двоих, которые в развалинах на нас напали.
– А что о них спрашивать? Сидят себе, ждут приговора суда.
– А кто они?
– Как это – кто? Ты что, не поняла, что ли? Им Черкунов сначала тебя заказал, слава богу, что у них ничего не получилось. Потом – Юлию. Они, кстати, ехали с ней в одном поезде. Там не могли ее прикончить, потому что не знали, при ней ли папка с документами, или нет. Да еще, ко всему прочему, она ехала в одном купе с милиционером. На вокзале они ее потеряли и догнали уже возле твоего дома. Черкунов их предупредил, что ее можно найти именно там. Он прекрасно понимал, что она едет конкретно к тебе. Юлия была с пустыми руками, поэтому после того, как они ее застрелили, начали следить за тобой. Я так думаю, что она догадалась, что за ней следят, поэтому все следы так запутала. Мне, кстати, удалось выяснить, что по тому адресу, где теперь эти развалины, проживала близкая подруга Юлии. Она тоже из нашего города, а когда замуж вышла, уехала к мужу в Москву. Совсем недавно они квартиру получили, в Бутове. Я с ней созванивался, они переписывались с Юлией, и она сообщила ей в письме свой новый адрес. Почему Юлия решила спрятать папку именно там, в развалинах, я не могу сказать – ее нет в живых, и это теперь так и останется загадкой. В самом начале Черкунов вообще думал, что папка находится у тебя, даже когда ты приехала к нам в город. Он думал, что Евдокимов отослал ее тебе вместе с письмом. Эти двое ребят приезжали, хотели к тебе в квартиру залезть, они, кстати, специалисты по отмычкам. Но их спугнула какая-то женщина, я так понял – твоя соседка? Потом, упустив Юлию и так и не узнав, куда она дела папку, им пришлось ее убрать и начать следить за тобой. Ладно, Катюш, хватит об этом. Давай лучше о нас с тобой поговорим, – оборвал Андрей неприятный разговор и перевел его на другую тему. – Ты по мне соскучилась?
– А как ты думаешь? – начала кокетничать Катя и, не выдержав, засмеялась. – Ну конечно же, соскучилась, Андрей! А ты?
– Я считаю дни, когда смогу наконец к тебе приехать. Мне, между прочим, уже эротические сны начали сниться! Помнишь, как тогда, в спальне, – и он начал ей нашептывать пикантные подробности, не забыв сказать, что ждет не дождется, когда сможет повторить все это снова.
– Ну ты и наглец, – ахнула Екатерина.
– Это почему же? – удивился Андрей. – Это же естественно! Неужели тебе, как женщине, неприятно, что тебя возжелали до такой степени, что ты даже во сне снишься?
– Приятно, конечно, – пробормотала Катя, – но… ты так откровенно об этом говоришь…
– А как же еще об этом нужно говорить? Шифром, что ли? – засмеялся он. – Глупенькая ты, Катюша, а еще говорила, что я для тебя молод, хотя я и старше тебя на целых полтора года! Ты же сама ведешь себя, как маленькая девочка.
– Ничего я не веду, – буркнула Катя. Щеки ее пылали так сильно, что срочно хотелось окунуть лицо в ледяную воду.
«Хорошо, что он меня не видит сейчас», – подумала Катя, обмахиваясь газетой, а вслух проговорила: