— Мы путешествовали в стазисе, — объясняю я, пытаясь не дать горю захлестнуть меня. — Предполагается, что это безопасно, но… оказалось, что нет. Их капсулы либо вышли из строя, либо их тела не выдержали длительной комы. Я единственная, кто проснулся.
— Мне жаль это слышать.
— Всё нормально, — вру я. Его слова, такие странные, исходящие из его корабля-кляксы, грозят разорвать те слабые нити, что еще держат меня вместе. Я цепляюсь за спасительную благодать в лице Дориана, этого создания из теней, того самого, кого мы и отправились сюда искать. Инопланетная жизнь. Может быть, миссия еще не провалена. Пока нет.
— Я бы очень хотела с вами поговорить, — неловко говорю я. — В смысле, если вы читали приветственный пакет, вы знаете, почему мы здесь. Если вы не против, я бы хотела…
— Ты хотела бы изучить меня?
Я сглатываю. Изучить звучит как-то отстраненно, как вторжение. Но он не ошибается.
— Да, технически я бы изучала вас. Но вы можете изучать меня в ответ. И если у вас есть время, может быть, вы поможете мне починить мой корабль?
Всё это звучит так нелепо, так банально и мелко по сравнению с тем, что происходит. С тем, что я чувствую.
— Конечно, — отвечает он без колебаний. — Я с удовольствием позволю тебе изучить меня. И я могу помочь с твоим кораблем.
Желудок сводит. Не уверена, от страха это или от волнения.
— Это… это было бы здорово. Спасибо.
— У тебя достаточно топлива, чтобы пристыковаться?
Я смотрю на индикатор топлива, и сердце падает.
— Не совсем. Если я запущу двигатели, они сожрут большую часть того, что осталось, только на разогрев. Я застряла.
— Застряла, — эхом повторяет Дориан задумчивым тоном. — Не беспокойся. Я заберу тебя. Но тебе нужно будет к чему-нибудь пристегнуться.
Звучит зловеще, в немного комичном смысле — убедитесь, что вы сидите. В подвешенном состоянии неверия я натягиваю на себя ремни безопасности кресла пилота. Застегиваю их с обеих сторон. Я пристегнута настолько надежно, насколько это вообще возможно для женщины.
— Готово.
— Начинаю, — говорит он.
Возникает пауза, момент, когда я застыла во времени, и всё это кажется невероятным сном, а затем следует ужасный рывок, и меня бросает из стороны в сторону в кресле. Ремни спасают меня от травм, но это некомфортно. Я смотрю вниз на навигационный дисплей, затем на экран. Мы движемся. Пионер движется. И я потеряла из виду ужасный невидимый корабль Дориана.
Предупреждение, — сообщает Пионер. — Незапланированное изменение инерции. Начинает реветь новая сирена.
— Извини, Пионер, мне следовало тебя предупредить, — цежу я сквозь зубы, до побеления костяшек вцепившись в подлокотники. — Нас как-то буксируют. Притягивающий луч?
— Что-то вроде того, — отзывается Дориан.
Я вздрагиваю от звука его голоса. Я забыла, что канал связи всё еще открыт.
— Ваш корабль защищен щитами? — спрашиваю я.
— Нет, не защищен.
— Почему я его не вижу?
— Компьютер твоего корабля его не понимает. Ты бы его не поняла.
— Это смелое предположение.
— Я прочитал твой приветственный пакет, — говорит Дориан. — Это не оскорбление.
Процесс не занимает много времени. Это странно — я почувствовала толчок, когда нас захватил притягивающий луч корабля Дориана или что бы это ни было, а потом ничего. Хотя я вижу, как движутся звезды, когда мой корабль разворачивается, а затем постепенно, словно гаснущие издалека огни, звезды меркнут.
— Пионер, — зову я, — статус?
Неизвестно.
Словно нас целиком проглотила тьма, окутала бархатная пелена.
— Ты на моем корабле, — произносит Дориан. — Можешь смело выходить.
Глава 4
Не знаю, чего я ожидала, но точно не этого. Выходя из Пионера, я одета лишь в стандартный комбинезон и ботинки, а в руках у меня рюкзак с самым необходимым. Дориан заверил меня, что воздух на его корабле пригоден для дыхания человека.
И всё же мне требуется минута, чтобы сориентироваться. Я стою в чем-то похожем на огромный грузовой отсек, достаточно большой, чтобы вместить еще пять таких Пионеров. И он совершенно пуст, если не считать штабеля металлических ящиков в дальнем углу. Я одна.
Обернувшись, я оглядываюсь на Пионер. Отсюда он кажется таким маленьким, поглощенным этим огромным помещением. А за ним — колоссальное окно, открывающее вид на космос. Свет преломляется и дрожит по краям — вероятно, это какое-то силовое поле, поддерживающее давление. За ним во мраке подмигивают звезды, как далекие сигналы опасности. От этого по спине бегут мурашки. Раньше звезды никогда не вызывали у меня таких чувств.