Выдержав небольшую паузу и сделав пару глотков воды, Михаил Сергеевич обрубил оптимистический настрой собравшихся, в первую очередь адмиралов.
- Чего я не скажу о флоте. Господа, я – сухопутная крыса, и флот не моя епархия. Но как бы ни были хороши наши десантники, танкисты и солдаты, они мало что смогут противопоставить дредноуту противника, зависшему на орбите. А учитывая регион будущих боевых действий, от нашей армии мало что останется под огнём этих мастодонтов. Отсюда, с разрешения Вашего Императорского Величества, я задам вопрос флотскому командованию, что они намерены делать с вражеским линейным флотом, учитывая, что в составе Доблестного Военно-космического флота Российской Империи нет ни одного дредноута? А с учётом известной нам всем политической обстановки, такой роскоши и не предвидится.
Господа адмиралы и генералы обменялись напряженными взглядами. Доподлинно известно – нет любви между теми, кто топчет и теми, кто летает. Не хватает для набора ещё моряков, во был бы замес.
- Безусловно, Вы правы, Михаил Сергеевич, - Скрыдлов взял слово, внешне будучи полной противоположностью фельдмаршала,- говоря о том, что в составе нашего флота не предвидится появление дредноутов, но линейный флот у нас есть. Военно-космическим руководством, при поддержке государя, были начаты мероприятия по модернизации и переоборудованию строящихся дредноутов в линкоры. По нашей классификации…
- Позвольте, - Бестужев прервал докладчика, извиняясь и подняв правую руку словно школьник,- прошу прощения за свою бестактность, но я хочу обозначить момент. Что могут противопоставить наши новые «линкоры» с орудиями триста пятьдесят миллиметров самому слабому дредноуту Конфедерации – «Гунгниру» с орудием в тысячу миллиметров? Я уже молчу про «Оверлорда».
- Если бы Вы меня дослушали, Михаил Сергеевич, то узнали бы, что помимо перевода в иной класс, строящиеся дредноуты получили совершенно иную систему вооружений. Впрочем, как и построенные линкоры, которые сейчас также проходят глубокую модернизацию орудийных систем.
- Новые орудийные системы? Надеюсь, речь идёт не о термоядерных рельстронах?
- Абсолютно верно.
- Но… хм. Николай Илларионович, это технология сырая с крайне небольшим сроком испытаний за плечами. Это колоссальный риск!
- Вы правы, Михаил Сергеевич, - мой голос подействовал отрезвляюще на спорящие стороны, - но не во всём. Совет Цитадели стал поднимать вопрос о пересмотре Фариксенских соглашений ещё со времен восстания У Вэя в Китае. И из надёжных дипломатических источников нам было абсолютно очевидно, что Совет, на этот раз, декларациями не ограничится. У нас была незавидная перспектива либо не иметь линейный флот вовсе, либо искать альтернативы. Есть путь Индии, которая настряпала семьдесят линейных крейсеров непонятно какого качества и разбрасывалась ими как грязью. Мы же избрали иной вариант и добились внушительных успехов. Если мы дослушаем Николая Илларионовича, думаю, он поразит вас своими успехами и объемом затраченных усилий.
- Доверюсь Вашему мнению, государь.
- Благодарю. Михаил Илларионович, продолжайте.
- Спасибо. Итак, решение о модернизации построенных линкоров и строящихся дредноутов было принято три месяца назад, в результате полной убежденности в том, что Совет урежет право владения дредноутами Альянсу. На тот момент, мы уже обладали «полуготовым» опытом эксплуатации новых термоядерных рельстронов. Речь идёт уже не только о первых образцах, но и пробной серийной сборке. Всего в расположении экспериментальной группы было пятнадцать орудий от пятисот до девятисот миллиметров. Данная группа, на протяжение почти полугода, ежедневно и при разных условиях испытывала новинку. Могу с гордостью сказать, что ни один образец вооружения не прошёл столь интенсивных испытаний. Орудия расстреливались до полного износа и небоеспособности. Это позволило собрать массив данных, которые в обычных условиях собирались бы годами. Благодаря этому, нам удалось ликвидировать большую часть «детских болезней», конструкторских и технических проблем. Думаю, я опущу то, сколько финансовых средств стоил подобный режим работы. В итоге мы получили эффективную и адаптивную орудийную систему, чьи минусы более чем окупаются плюсами. Нам удалось вывести мощность термоядерного рельстрона на треть от орудия классического дредноута схожего калибра. Скорострельность также удалось увеличить, но не так радикально. Тут речь идёт лишь о восемнадцати процентах. Снаряд от классического отличает большая насыщенность вольфрама, данную проблему нам так и не удалось решить… но, с другой стороны, снаряд обладает мощью, достаточной для нанесения умеренного заброневого урона. Также замечу, что космический корабль, это сложный, «ювелирный» механизм.Порой, для выведения его из строя, аккуратного «отверстия» может оказаться достаточно. Вместе с тем, кинетические щиты гораздо хуже принимают подобные снаряды, ибо последние не разлетаются градом осколков. Дальность стрельбы также можно записать в достоинство новой системы – даже орудия пятисот миллиметров, благодаря стабильности заряда, уверенно поражают цели на дистанциях до восьми - десяти тысяч километров.Также мы можем калибровать мощность заряда и, как следствие, скорострельность орудия. Что вполне может соответствовать классическим орудиям, но всё же целесообразно использовать подобный метод только на орудиях до семисот миллиметров. На больших калибрах эффект - пшик. Ещё один недостаток новых орудий – стоимость. Приходится использовать дорогие и сверхпрочные сплавы, персональные силовые установки, накопители… да и сами орудия крайне чувствительны к качеству сборки и обслуживания.