- Вы меня успокоили, Николай Илларионович. Действительно успокоили. Благодарю Вас.
- А как я рад,- я, не без доброй улыбки, решил встрять в возможное начало нового спора,- что армейское и космическое командование, наконец, нашли общий язык. Но давайте продолжим. Меня обещали порадовать и новинками для армии.
- Как и меня, Ваше Императорское Величество, - Бестужев вновь обратил свой взор на Скрыдлова, являющегося ещё и главой ГАУ.
- Нам есть что показать. Через несколько недель пройдёт закрытый смотр военных новинок достаточно широкого спектра, где комиссия будет решать вопрос допущения тех или иных образцов вооружения к армейским испытаниям. В эту комиссию также включен господин Бестужев.
- Отлично, господа. Пожалуй, я лично посещу данное мероприятие, но без лишней огласки.
- Как Вам будет угодно, государь.
- Государь, господа, позвольте и мне внести свою скромную лепту в общее дело. – Шагаев слегка привстал, всей позой демонстрируя желание высказаться.
- Разумеется, Виктор Алексеевич.
- Благодарю, - кратко обведя зал взглядом, глава МИДа неспешно начал,- я нисколько не сомневаюсь в организационных способностях наших военных руководителей, но мы все взрослые люди и прекрасно понимаем, что не все идёт так, как нам того хочется. Срывы сроков поставки, ошибки, аварии, организационные задержки или превентивные действия вероятного противника. Нарушить наш прекрасный план может любая мелочь. Но давайте посмотрим на проблему с другой стороны, не как успеть за три месяца подготовиться к, возможно, одной из крупнейших войн в истории России, а как нам дать больше времени для этой самой подготовки. Как нам растянуть злосчастные три месяца на пять или больше. Предвосхищая ваши вопросы, я отвечу так: враг моего врага, мой друг. Батарианцы и Ария. Что мы можем сделать, для того чтобы сия «благородная» публика, как можно дольше сковывала силы конфедератов?
Вот что значит хорошо поставленный вопрос.
- МИД, как я полагаю, говорит о поддержке пиратов и работорговцев,- первым ожил Фролов, с довольно ядовитой ухмылкой.
- Если это поможет нашим войскам, то да.
- О какой помощи идёт речь? Оружие? Корабли? – была уже моя очередь задавать вопросы.
- Почему бы и нет, - вместо Шагаева ответил Скрыдлов, за что получил неприязненный взгляд от своего непосредственного начальника, военного министра,- после «Адмиральских патентов» кораблей в резерве осталось не очень много, но в особо глубоких «закромах Родины» ещё кое-что есть.
- И как подобное реализовать без лишней шумихи?
- Космос велик, - взял слово молчавший до сих пор глава СВР, - разумные расы замусорили космос и имеют неизменную привычку постоянно что-то терять и находить. Так что найти где-то в приграничье более или менее свежий кораблик, забитый, скажем, военным оборудованием, довольно просто и не так уж и «необычно». А в ответ в наших руках может оказаться некая развединформация о нашем потенциальном противнике.
- Хорошо. Проработайте этот вопрос, а также другие варианты «помощи». Продолжим по повестке…
***
Совет длился ещё полтора часа, в ходе которых разжёвывались, казалось, даже самые мелкие и незначительные вопросы. Разумеется, предстоит ещё не одна сотня подобных встреч, но уже по чисто техническим моментам. Пока высокоуровневые бюрократы не спеша расходились, я откинулся на кресло и прикрыл глаза. Как же это изматывающее. Не только физически, но и морально. Вот уже какая неделя без нормального сна и отдыха, а сколько ещё предстоит? Одна поездка на Цитадель чего стоит.
- Государь, - открыв глаза, я посмотрел на министра иностранных дел, что присел на ближайшее ко мне место, - прошу прощения, но у меня есть важная информация.
Оглядевшись, я понял, что в зале мы остались с Шагаевым одни.
- Конечно… что у Вас?
- Вчера пришёл весьма объёмный пакет документов с Тучанки. Позвольте...
Шагаев протянул мне планшет с текстом документа. Как выяснилось, очень интересного документа. Сонливость и усталость испарялись словно роса под полуденным солнцем, пока я вчитывался в его содержимое. Но что-то всё-таки было не так.
- Это что? Видимо, сказалась усталость, Виктор Алексеевич, но я не до конца понимаю смысл…
- Смысл бюрократического языка кроганов? Да, не каждый в состоянии его осилить. По сути, перед вами, манифест Великого Совета о вечном изгнании членов Кровавой стаи, если те не покорят свою гордыню и не явятся перед очами Совета с покаянием и последующим искуплением своих грехов.