Солдаты и офицеры знакомились, общались и, разумеется, иногда дрались. Совсем чуть-чуть. Вокруг Николая драки были в основном из-за азари. Да-да, это бойцы первой бронепехотной более или менее привыкли к соратницам, а вот солдаты иных подразделений – нет. Любовные драмы вспыхивали и угасали с невероятной скоростью. Страсть, ревность, интриги, вызовы на дуэли. Ох, чего только не было за эти две недели.
Начальство, естественно, стремилось «не пущать и пресекать»! Но, откровенно говоря, у них это слабо выходило, тут уже даже дисциплина в военной полиции давала слабину. Так всё и катилось весело неизвестно куда, пока старшие офицеры не додумались разогнать всех по своим десантным кораблям, ограничив допуск на станцию. От греха подальше.
Николай ко всему происходящему относился с иронией и пониманием. Люди сбрасывали стресс. Все присутствующие на станции прекрасно осознавали, кто они и для чего они здесь. Они – авангард. Солдаты, офицеры, космонавты… все. Все обсуждали войну. В том, что она неминуема, было уверенно абсолютное большинство, так что споры велись, разве что, о деталях. Николай с интересом слушал эти споры и разговоры многочисленных однополчан в многочисленных кабаках или просто во время «слаживания» подразделений. Впервые, наверное, Коля оказался в окружении такого большого количества кадровых военных, а не призывников. Профессионалы, избравшие свой путь – путь войны. Сантименты и морализаторство здесь были не в чести, так же как хвастовство или высокомерие по отношению к предполагаемому противнику. Люди знали свою работу, знали крепко, от «А» до «Я»…
Коля как губка впитывал окружающую атмосферу, с ужасом осознавая, что десятки тысяч людей не просто ждали, а жаждали войну. Ассоциации смело рисовали в воображении целый народ, который натаскивали на войну, который взращивали для войны, готовили к ней. Народ, чьё государство создавалось для войны, для самой бескомпромиссной борьбы за своё существование. Народ, который всеми пережитыми испытаниями и пролитой кровью вырвал себе не просто место на странице истории, а место среди звёзд. Народ, жаждущий вызова! И вот, этот вызов брошен, и в воображении Николая этот народ, словно лесной хищник, притаился в подлеске, высматривая свою жертву, приготовив свои клыки и когти. Он был рождён для этого. Он рос ради этого. Выживал, ради этого момента. Ради мига, когда его клыки погрузятся в сладкую плоть врага. Ради мига, когда в глазах противника будет плескаться ужас и осознание неминуемого… Именно эти образы навевали Николаю встреченные им солдаты и офицеры. Хищники, что ждут команды, и ничего более.
Коля уже не юный мужчинка, чтобы сокрушаться по данному поводу. Служба в армии на многое ему открыла глаза. Это он учился в элитной закрытой школе для золотой молодёжи, чьё будущее давно определённо и обеспечено, тогда как рядовые подданные русского царя в большинстве своем оканчивали самые обычные имперские кадетские школы и могли рассчитывать только на свои способности, навыки и приобретённые знания. Было страшно вспомнить, какой у Николая был шок от осознания разницы уровня представителей одного народа, но пошедших в разных направлениях: золотая молодежь в лице Николая и любой другой парень во время срочки на Гистраде. Пока Ники, вырванный то ли судьбой, то ли царским самодурством, из золотых пут, осваивал азы армейской жизни, его окружение легко влилось в новые для себя обстоятельства. Многие из них ещё в школах приобрели воинские специальности и специфические навыки. Они уже были готовыми солдатами. Из-за этого Николаю потребовалось больше времени, чтобы хотя бы нагнать своих товарищей, что было совсем неприятным опытом. Но также именно из-за этого ему стал более понятен менталитет подданных Российской империи и своих соотечественников.
По мнению Николая, империя, покинувшая свою родную планету и начавшая строить новое государство в одном из укромных уголков космоса, перестала быть классическим государством. Да, именно так, как бы не звучало! Сегодня русские похожи на космических кочевников, которые осваивают новые миры только ради новых ресурсов, производства пропитания и воспитания потомства. Эти миры играют ту же роль, что и города для древних кочевников с Земли – центры обмена, культуры и производства. Но как кочевника кормила степь, так сегодня русских кормит космос. Здесь и изменения в психологии. В отличие от своих соплеменников, русские отвергли «землецентризм». Старушка Земля заслужила покой, а горячий омолодившийся народ жаждет преодоления себя. В связи с чем, империя вынуждена была всегда решать проблемы, а не замораживать их или избегать, что легко могли себе позволить иные государства Земли. У империи же… история другая. Любая проблема – угроза. Любую угрозу необходимо уничтожать быстро, жёстко, бескомпромиссно и, крайне желательно, превентивно, ни на миг не позволяя «русской космической орде» приостановиться в своём путешествии, ибо длительные остановки для кочевников не сулят ничего хорошего, кроме стагнации и упадка. Сегодня угрозой являются «Цербер» и Конфедерация, а также иные силы к ним присоединившиеся. Значит, они должны быть уничтожены. Для подданного русского царя это очевидно. Эх… найти бы собеседника да обсудить все эти метафоричные теории. Было бы здорово…